– Мы знаем, что в Кровавых Бриллиантах заключена жизненная энергия. Отец наверняка рассказывал тебе, что внутри каждого механоида находится кусочек такого бриллианта и что именно он дарует ему жизнь.
Лили дотронулась до груди, почувствовала биение механического сердца и задумалась о кусочке бриллианта внутри ее.
– Когда Альберт заказал Элефанту Гильдии механиков, – рассказывала королева, – он хотел, чтобы жизнь ей подарил самый большой бриллиант. Но на создание механоида ушло очень много времени. Работы были завершены уже после смерти Альберта. А в день, когда Элефанту наконец представили публике, Джек Дор украл бриллиант.
Селена поклонилась:
– Ваше Величество, Джек был моим отцом. Приношу искренние извинения за то, что он совершил.
– Благодарю, мадам, – ответила королева, а потом повернулась к Лили и улыбнулась. – Понимаешь, Лили, когда теряешь близкого, его подарки становятся по-настоящему памятными вещами – в них будто содержится частичка души этого человека. Стоит лишиться такого подарка – и ты еще раз испытаешь боль потери… А теперь подарок Альберта снова со мной, и это благословение.
Роберт подумал о пропахшем табаком папином пальто; Лили нащупала в кармане аммонит – последний подарок от мамы… Все, кто находился рядом, понимали чувства королевы. Каждый из них кого-то потерял.
– Давайте я помогу вам спуститься, Ваше Величество, – предложил Джон.
Королева вдруг встрепенулась, словно только сейчас вспомнила, что за ней наблюдает весь мир. Она подошла к краю паланкина и посмотрела вниз, на придворных, столпившихся внизу. Они беспокойно заламывали руки и молча ждали, когда она спустится и приступит к выполнению важных государственных дел. Сегодня эти дела состояли в том, чтобы сидеть на стуле и слушать невообразимо долгие и скучные речи.
Виктория покачала головой:
– У меня есть идея получше – она бы очень понравилась Альберту. Люди годами будут говорить о моем юбилее! – Она положила руку Элефанте на лоб. – Элефанта, поднимись, пожалуйста, по лестнице и войди в собор. Я спущусь там.
– Как пожелаете, – ответила слониха, протрубила хоботом и двинулась к началу процессии.
Придворные и советники разбежались в стороны и пораженно наблюдали, как слониха проходит мимо них, топая огромными ногами. Элефанта поднялась по ступеням собора Святого Павла, и ее большие металлические бивни задели высокие колонны собора, отчего статуи святых затряслись.
Она на мгновение остановилась перед огромным входом. Хотя его двери были широко открыты, она сомневалась, получится ли протиснуться.
Элефанта сгорбилась и зашагала вперед. Кры ша паланкина зацепила каменный архитрав, и Лили, как и всем остальным, пришлось схватиться за шляпу, а королеве – за бриллиантовую тиару.
Внутри представители европейских королевских домов ожидали приглашения занять места. Увидев Элефанту в центральном проходе собора, многие вздрогнули и отшатнулись.
Дойдя до трона в дальнем конце собора, слониха остановилась. Когда к Элефанте приставили длинную лестницу, чтобы королева могла спуститься, слониха взревела. Рев ее эхом пронесся по собору; в большой сводчатый купол взметнулись клубы пыли.
После юбилея многие утверждали, что слышали Элефанту даже на Флит-стрит. Вряд ли это было правдой, но от ее рева действительно содрогнулся весь собор. Лили знала, что запомнит этот момент на всю жизнь.
После королевского юбилея Кэдди и Селена провели неделю в поместье Бракенбридж. Поначалу Лили было немного непривычно, что в доме гости, но проводить с ними время оказалось приятно.
На этой неделе Лили чаще снилась мама, причем сами сны стали ярче. Может быть, оттого, что рядом были Селена с Кэдди – мама с дочкой.
Сегодня во сне мама Лили стояла с деревянной шкатулкой, в которой хранились ее подарки. Когда мама подняла крышку, Лили увидела внутри ночное небо, созвездия и планеты. А потом мама сказала ей то же, что Роберт когда-то – что каждую ночь мы видим звезды, чей свет шел до нас из разных времен.
«Храни меня в своем сердце, – сказала она Лили, – и память обо мне будет светить так же ярко, как звезды».
Мама наклонилась, чтобы поцеловать Лили, и в этот момент девочка проснулась…
Малкин медленно лизнул ее щеку – за ночь завод у него почти кончился. Лили повернула ключик, и лис ожил, спрыгнул с кровати и принялся скрестись в дверь.
Лили встала и выпустила его в коридор. В доме было совершенно тихо. Странно. Да, Кэдди и Селена собирались уехать сегодня, но не могли же они не попрощаться? Лили подошла к окну и отдернула шторы.
Солнце почти встало, звезды погасли, но тонкий бледный месяц еще был виден. На следующую ночь он совсем исчезнет, а потом луна начнет прибывать… А до этого Лили надо многое успеть.
Она надела зеленое платье, фартук и домашние туфли, позвала Малкина, и вместе они отправились на кухню, где уже вовсю суетилась миссис Раст.
Войдя, Лили тут же заметила на столе пустые тарелки и кружку Роберта.
– А где Роберт? Он уже проснулся? – спросила она.
– Поехал с сестрой и матерью на станцию, – ответила миссис Раст, громыхая посудой. – Улетают в Лондон первым же дирижаблем.
