— «Резонанс» имеет большой тираж, — пояснила Лена, — его читают в разных местах, Юля талантлива, она редкий пример серьезного журналиста, пишет отличные статьи, имеет собственное мнение и ни под кого не прогибается. У Чупининой безупречная репутация, и потом, я ее просто люблю, всех вышеперечисленных причин хватит, чтобы заварить качественный напиток?
Ощущая себя описавшимся котенком, которого безжалостная рука хозяина ткнула носом в лужу на полу, Владимир отправился выполнять указание. Не успел он открыть коробку с печеньем, как дверь кабинета распахнулась, и веселый голос колокольчиком прозвенел:
— Привет!
Володя оглядел стоящую на пороге девушку в мини-юбке и буркнул:
— Здорово.
— А где Лена?
— Кадушева занята, — не пошел на контакт Владимир.
— Можно я подожду?
— У нее через пятнадцать минут эфир.
— Я знаю.
— Лучше завтра зайдите, — решительно отбрил ее Володя, который не переваривал наглых московских девиц, абсолютно уверенных, что им позволено все.
Девушка почему-то рассмеялась, и тут в комнату влетела Лена.
— Юлечка! — воскликнула она. — Ты пример для многих! Никогда не опаздываешь. Давай перед программой чайку попьем. Володя, у нас есть заварка?
Помощник режиссера выкатил глаза и от неожиданности ляпнул:
— Так она Чупинина? Я совсем иной ее представлял!
Щеки Лены покрыл легкий румянец, а Юля снова звонко рассмеялась, потом подошла к оторопевшему парню и воркующим голосом спросила:
— А какой вам виделась заведующая отделом культуры «Резонанса»? Толстой теткой позднеклимактерического возраста в бифокальных очках и «халой» на макушке?
— Ага, — ответил ошарашенный Владимир.
Юля расхохоталась:
— Лен, а он прикольный! Где ты откопала такую простоту?
— Прикольнее некуда, — мрачно ответила Кадушева, — пойдем лучше в студию, похоже, чаю мы не получим.
После работы Володя пошел привычно к метро, его обогнал красивый серебристый «Мерседес», автомобиль притормозил, из водительской двери высунулась Юля.
— Садись, подвезу.
— Сам доберусь, — огрызнулся Володя.
— Дурачок, — ласково пропела Чупинина, — я не кусаюсь.
По непонятной причине Коэн послушался и влез в авто.
— Шикарная тачка, — похвалил он, — наверно, в «Резонансе» отлично платят.
— Не жалуюсь, — усмехнулась Чупинина, — только на «мерс» не накопить, это подарок бывшего мужа.
Вот так начался их стремительный роман. На следующий день Владимир переехал в уютную квартирку девушки, и Юля азартно принялась делать парню карьеру. Для начала она велела ему взять псевдоним.
— Никольских много, — объясняла Юля, — нужно нечто звучное, даже эпатажное, вроде Волконский-Задунайский.
В конце концов придумала псевдоним Коэн. Затем Чупинина купила любовнику «правильные» джинсы, элегантную обувь и модные пуловеры. Владимир в полном ужасе стоял в примерочной кабинке и смотрел, как раскрасневшаяся Юлечка охапками таскает шмотки. Когда же взор журналиста упал на ценник, вот тут его чуть не хватил удар.
— Юля, — осторожно сказал он, — я не торгую нефтью! Моей зарплаты не хватит даже на рукав от свитера.
— Ерунда, — отмахнулась любовница, — берем все, я заплачу сама.
— Я не альфонс! — взвился Володя.
— Вернешь должок, когда встанешь на крыло, — не дрогнула Юля, — я сейчас в порядке, напрягов нет.
И это было правдой. В квартире Чупининой был сделан хороший ремонт, кухня сверкала дорогой техникой, в ванной стояли шеренги банок, пузырьков, флаконов, бутылочек, шкаф в спальне ломился от нарядов, а холодильник был забит вкусными деликатесами, Юля не ограничивала себя в тратах.
— Откуда у тебя деньги? — не выдержал один раз Владимир.
— Хамство вопроса подразумевает отсутствие ответа, — фыркнула Юля, но потом добавила: — Я сотрудничаю во многих изданиях, пишу и в газеты, и в журналы, а еще бывший муж подкидывает алименты. У нас с ним договор: я кое-чего не рассказываю посторонним, он делится золотыми дублонами.
— И кто у нас муж? — процитировал культовый фильм Владимир.
— Борис Чупинин, — словно между прочим сообщила любовница. — Может, слышал? Я не стала фамилию после развода менять.
— Тот самый? — ахнул Владимир. — Владелец холдингов и заводов?
— Ну да, — спокойно ответила Юля, — мы разошлись, как в море корабли. Давай больше не беседовать о материальной стороне жизни.
Владимир кивнул, понятно, почему любовница живет на широкую ногу. Борис Чупинин отсыпает бывшей супруге хорошее содержание. Небось за минуту она получает столько, сколько Коэн за год.
— Не куксись, — дернула Владимира за нос Юля, — я нашла тебе место в газете «Треп».
— Желтая пресса, — скривился Коэн.
— Дурак, — шлепнула любовника Юля, — завтра пойдешь к главному и предложишь тему: певица Розамунда тайно родила мальчика от писателя Гостева. Есть съемка, парочка суперских фото. Розамунда топлес сидит на коленях у пьяного литератора. За такую инфу тебя в «Трепе» оближут и классно заплатят.
— И где я материал возьму?
— Вот, — протянула Юля папку, — тут полно всякого, садись и пиши.
Владимир открыл первую страницу в скоросшивателе и присвистнул:
— Вау, откуда джинса?
