Made in France полностью

И не только потому, что в десяти метрах от светофора стояли жандармы.

А в это время в Кнокке-ле-Зут[4]…

Г-н Юбер С., человек тонкого вкуса и глубочайшей культуры, с удобством устроился в кресле. Он очень любил, усевшись вот так вечерком, налить себе рюмочку коньяку и ринуться исследовать бесконечные просторы литературы. Не зря г-н Юбер С. всегда говорил: "Вечер за книгой — горести мимо".

Сегодня он намеревался погрузиться в чтение романа, подаренного одним из приятелей. Имя автора ничего ему не говорило, название звучало странно, но вроде бы книженция была из разряда развлекательных. А г-н Юбер С. не уставал повторять: "Веселье и смех — здоровье для всех".

Г-н Юбер С. нацепил очки и раскрыл "Серию Зет" Жан-Марселя Эрра, выпущенную издательством "Бюше-Шастель".

Мы приветствуем его и желаем приятного чтения.

Вторник 20 апреля, 11.03 — Рюнжи

В числе недостатков Феликса, благодаря которым средний читатель легко может узнать в нем себя, особенно выделялся один: исключительно ярко выраженный топографический кретинизм. Этот дефект заставил его выработать собственную технику компенсации, основанную на древней китайской пословице, обнаруженной на конфетном фантике: "Если ищешь и не находишь, брось искать — само найдется". Он проверил: достаточно выехать с хорошим запасом времени, настроиться на позитивный лад и не забыть запасную канистру с бензином, и прием срабатывает.

Феликс сполна насладился неожиданными прелестями городка Рюнжи, два с половиной раза объехав его вдоль и поперек, пока закон вероятности не позволил ему наткнуться на нужный адрес. Ему открылся промышленного вида ангар, выкрашенный в грязновато-охряный цвет, своими нежными переливами заметно оживлявший авеню Кросфельд-Жакоб. Он удивился и еще раз взглянул в бумажку с адресом. Никакой ошибки, это здесь. Над входом красовалась аляповатая вывеска с надписью "ООО "МясКо", составленная из стилизованных сосисок, отбивных и куриных крылышек. Сверху над всеми этими роскошествами нависала свиная голова, косящая глазами в красных прожилках.

— Брзззкритшбрзззкри-и-и-и? — поинтересовался голос из домофона, на кнопку которого Феликс надавил левым указательным пальцем.

— Добрый день! Меня зовут Феликс Зак. У меня встреча с месье Будини.

— Гррршритгррррбрррззззз! — обрадовался домофон.

— Большое спасибо. Вы не могли бы открыть мне дверь?

— Бррзз! Брззз!

— И вам так же.

Уже с порога на Феликса повеяло едва уловимым ароматом тухлятины, перебиваемым больничными запахами дезинфекции (с легкой примесью лаванды). За его спиной со скрежетом закрылась дверь, словно умоляя его передумать и вернуться назад. Перед ним мигали мертвым светом неоновые лампы, словно предупреждая: ни шагу вперед. Но Феликс слушал только голос муз. Прижав к груди сценарий, он двинулся по скользкому линолеуму вдоль белых стен, приговаривая про себя: "Ну и обстановочка. Прям как в морге".

Но главный сюрприз поджидал его чуть дальше, когда он наткнулся на них.

На трупы. Очень много трупов.

Отрывок из сценария "Приют страха"

ДОМ ПРЕСТАРЕЛЫХ/КОМНАТА 69 — ИНТЕРЬЕР. НОЧЬ

Шарль и Мадлен Дефланель лежат в постели. У них над головами на стене висит афиша нашумевшего в 1920-х годах озорного фильма под названием "Замочные скважины": усатый конюх Шарль с упоением хлещет кнутом высоко задравшую пышные юбки Мадлен. Вдруг раздается неясный шум. Мадлен зажигает ночник, опускает руку в стакан с водой и достает свой зубной протез.

Мадлен (шепотом). Шарль! Проснись!

Шарль (подскакивает в постели). Что случилось? Ты что, хочешь еще? Ну, знаешь, мне все-таки уже не восемнадцать лет!

Мадлен. Тсс! Ничего я не хочу. Ты слышал?

Шарль (безуспешно пытается повернуться в сторону жены). Нет.

Мадлен. В коридоре какой-то шум.

Шарль (безуспешно пытается сесть в постели). Да это аббат Сен-Фре гоняет бесов. Он каждую ночь кропит стены святой водой.

Мадлен. Нет, он раньше прошел. Мне кажется, что это…

Шарль, (безуспешно пытается поднять руку). Кто?

Мадлен. Сам знаешь! Слушай, слушай! Кто-то вошел в комнату Маринетты Шамину.

Шарль (оставив всякие попытки). Тем лучше для нее! Давно пора. Кстати, а не сыграть ли нам сцену с наручниками из "Господин звонит в дверь"? Ты как?

Мадлен. У нас нет наручников.

Шарль. Можно взять твои эластичные чулки от варикоза.

Мадлен (возбуждаясь). Ах ты, шалунишка.

Вторник 20 апреля, 11.10 — Рюнжи

Феликс стучал зубами от холода в помещении, увешанном морожеными говяжьими тушами, когда две из них раздвинулись, пропуская мужчину в заляпанном кровью белом халате. Он был жирен, как подверженный булимии поросенок, и краснолиц, как кусок мяса. Весьма гармоничное сочетание.