Потом, когда футболка уже лежала в одном ворохе с рубашкой и носками, Серёга расстегнул джинсы, и взгляд Андрея остановился на дорожке чёрных волос, убегающей вниз. Он подсел поближе и щёлкнул её крупным планом несколько раз, а потом обнаружил, что губы друга уже касаются его губ. Они были сухими и горячими, и где-то внизу живота от этих прикосновений у Андрея разгорался пожар, но мысль о том, что вот сейчас он может позволить больше, и всё начнётся сначала – мысли, воспоминания, встречи, бары, поцелуи и боль, бесконечная боль… Андрей резко отодвинулся.
- Не надо, Серёж.
- Противно?
- Дурак, - Андрей легко взъерошил его волосы рукой. – Просто не хочу.
Он грустно улыбнулся, и Серёга ничего больше спрашивать не стал. Только веселье пошло на спад, и вскоре Звонарёв засобирался домой.
- А ты мне всегда нравился, - бросил он уже от двери.
Андрей одарил его ещё одной грустной улыбкой.
- Заходи ещё, - попросил он.
- Зайду, - Серёга кивнул. Подумал и добавил. – Завтра сессия, а вот в пятницу зайду. Бывай.
И он скрылся в полумраке подъезда. А Андрей захлопнул дверь и неожиданно остро ощутил окружившее его со всех сторон одиночество.
На следующий день он понёс фотографии в печать, а когда получил - долго рассматривал фигуру и лицо Звонарёва – тот был красивым и гибким, и даже на снимках приковывал к себе взгляд.
Хранить снимки, некоторые из которых получились весьма откровенными, у себя дома Андрей не рискнул, но и ждать визита Звонарёва, который мог и не появиться, не стал. Позвонил ему и, спросив адрес, отправил снимки по почте вместе с плёнкой, а заодно получил подтверждение того, что трезвый Сергей всё ещё собирается прийти к нему домой.
В пятницу Андрей заранее купил пива и креветок и поставил их отвариваться на плиту, а сам нырнул в душ.
В душе его и застал звонок в дверь.
Андрей обернул полотенце вокруг бёдер и, зевнув, пошёл открывать. Не заглядывая в глазок, распахнул дверь и замер, увидев перед собой вместо Серёги двухметрового амбала в чёрном пиджаке.
Андрей отступил назад, проклиная собственную беспечность и вспоминая, куда он мог деть пистолет, а в следующую секунду в лицо ему впечатался тяжёлый кулак, и Андрей осел на пол, проваливаясь в темноту.
========== Часть 55 ==========
Очнулся Андрей в темноте – и застонал в голос от ненависти к себе, от осознания собственной глупости и от бессилия что-то изменить.
- Проснулся, - тут же расслышал он незнакомый голос.
Андрей моргнул, разгоняя разноцветные круги, плывущие перед глазами.
- Что за хрень? – пробормотал он.
Послышались шаги – будто глухие удары металлом о металл. А затем кто-то вздёрнул его за подбородок, заставляя посмотреть вверх, но лица Андрей разглядеть всё-равно не смог – только светлый полукруг в темноте.
- Правила такие, - сообщил тот, кто с ним говорил, - ты не рыпаешься. Не пытаешься бежать и не делаешь мне мозг. Твой папик делает всё, что мы скажем - и ты выходишь на свободу живым и здоровым.
Андрей хохотнул, затем ещё раз и ещё, пока хлёсткий удар по щеке не заставил его замолчать.
- Охуел? – лицо незнакомца приблизилось, и теперь Андрей понял, что этот светлый полукруг – маска, скрывающая его целиком, от подбородка до кончиков волос.
Андрей помотал головой, пытаясь сдержать истерический смех, и, когда справился наконец с собой, пробормотал:
- Придурки… Какой папик? Ты думаешь, нужен ему я?
- Значит, папик всё-таки есть?
Андрей не ответил. Странно, но спустя два месяца ему всё ещё казалось, что Яр у него есть. Просто не удавалось представить жизнь, в которой Яра не было совсем.
- Ему просто на меня плевать, - сказал он тихо и прикрыл глаза, пытаясь переварить то, что происходило с ним. Похитители хотели добраться до Яра. А что сделает Яр? Андрей представил, и ему почему-то снова стало смешно.
- Яр, скорее всего, пристрелит того, кто принесёт ему эту весть, - сказал он вслух.
- С этим мы разберёмся без тебя, - человек в маске отпустил наконец его лицо. – Правила усвоил?
- Да.
- Вот и хорошо.
Снова металл простучал по металлу, скрипнула и закрылась дверь.
Андрей дёрнул руки, проверяя, может ли шевельнуться. Запястья оказались туго примотаны к спинке стула, щиколотки – к его ножкам.
Андрей расслабился, отвлекаясь на некоторое время от боли там, где проволока впивалась в кожу, и пытаясь сосредоточиться на том, что делать теперь.
«Яр не придёт».
Мысль была, вроде бы, очевидной, но в сердце от неё всё равно колола тупая боль.
«А значит, меня убьют».
Умирать не хотелось – несмотря ни на что. И он принялся пытаться высвободить запястье – хотя бы одно.
***
Сколько прошло времени – он не знал. Проволока впивалась уже не в кожу - в обнажённую плоть.
Успеха добиться ему не удалось – только запястье ныло всё сильней. Но он всё ещё пытался, когда дверь открылась, из угла комнаты пахнуло холодом, и в белом прямоугольнике показалась чёрная тень.
«День», - отметил про себя Андрей, но что это даёт - понять так и не смог.
Пришедший подошёл вплотную, и теперь Андрей разглядел в его руках видеокамеру. Всё тот же незнакомец в маске – а может, уже другой – вскинул её на плечо.
