Козырев тоже не говорил о себе. Вернее говорил, но так, что за несколько часов ни разу не упомянул ни бизнес, ни имена друзей и врагов. Он рассказывал о молодости, которую провёл в Курске. О том, как приехал учиться в Москву и о других мелочах, которые давно перестали иметь значение.
Уже на берегу Андрей снова остановил его и развернул лицом к себе.
- Уже поздно, - сказал он.
Лицо Константина, до того улыбавшееся, стало серьёзным.
- Ты опять поедешь к этому Володихину?
Андрей пожал плечами.
- Не знаю. Деньги у меня есть, так что, может, сниму номер где-нибудь.
- А что было бы, если бы ты его не встретил?
Андрей пожал плечами и негромко рассмеялся. Потом посмотрел на Константина, но улыбку с лица убрать так и не смог.
- Не знаю, - сказал он честно, - я бы что-нибудь придумал. Может, и сам додумался бы вспомнить про старых друзей. А может, впервые переночевал бы под мостом.
Константин покачал головой.
- Ты мне нравишься. – сказал он.
- Я это всегда знал, - заметил Андрей, продолжая улыбаться.
- Поехали ко мне?
Андрей поднял бровь.
- Кофе попьём?
- Или чего-нибудь покрепче.
- Хорошо.
Константин подал знак куда-то в темноту, и через полминуты рядом с ними затормозил чёрный Мерседес.
Внутри было куда более тесно, чем в джипе у Ярика, но и куда более комфортно.
Константин почти не смотрел на него – или делал вид, что не смотрит, но Андрей то и дело ловил его взгляд в зеркале заднего вида.
Сам он раздумывал, что делать дальше.
Одна половина его хотела достать пистолет прямо сейчас, всадить две пули – одну в висок сидевшему рядом Козыреву, а другую – в бритый затылок водителя.
Что потом делать Андрей не знал – видимо, выкатиться из двери как в кино и, если ноги останутся целы, скрыться где-то в переулках.
Следили ли за ним ещё люди Яра? Наверное, да. Следил ли за ним сам Яр? – эта мысль обожгла Андрея мгновенно и тут же была изгнана как бесполезная.
«Пусть видит», - подумал он со злостью и усмехнулся. До безумия хотелось, чтобы Яр понял, наконец, чего Андрей хочет от него.
Другая половина всё ещё находилась под впечатлением вечера, так непохожего на всю Андрееву жизнь. Да, Козырев не стал бы его жалеть, но никогда не жалел его и Яр. Он был чужим, но и Яр оставался чужим даже спустя весь прошедший год. И в то же время Козырев был не Яр. От этой мысли грудь сдавливала боль, и с головой накрывала безысходность, потому что теперь Андрей понимал абсолютно отчётливо – дело не в бизнесе, который делал их теми, кто они есть. Дело в Яре, который хотел оставаться таким, каким был.
Автомобиль остановился, и Константин первым вышел наружу.
Андрей тоже вышел. Приближаться к нему он не спешил. Мысли о Яре напрочь изничтожили романтический настрой, и теперь Андрею хотелось только одного – покончить со всем этим поскорей.
Константин сам взял его под руку и толкнул к дому – такому же безликому снаружи, как и тот, в котором жили они.
Козырев завёл его внутрь – вместо консьержки здесь было двое охранников, знавших Константина в лицо.
Они поднялись на лифте на второй этаж, и тут наконец Козырев начал терять над собой контроль. Он обнял Андрея и принялся шарить рукой у него под курткой в опасной близости от пистолета, так что Андрею пришлось перехватить его руку и с игривой улыбкой отодвинуть от себя.
- Спорим, здесь камеры везде? – спросил он.
Козырев тут же кивнул и взял себя в руки, но как только двери квартиры закрылись за его спиной, снова взялся за своё.
- А как же кофе? – спросил Андрей без особой надежды, да и без желания, в общем-то, этот кофе пить. Он всё ещё не знал, как быть дальше. Просто достать пистолет и убить? Это было куда тяжелее, чем стрелять в сволочь, наставившую оружие на Яра.
- К чёрту, - Козырев содрал с него куртку и толкнул в комнату, продолжая прохаживаться по телу Андрея ладонями, так что тот едва успел прижаться к стене у окна, скрывая от Константина рукоять пистолета.
Козырев тут же налёг на него, прижимая к стене.
Тело отзывалось само – руки Козырева были хоть и чужими, но опытными и уверенными.
Они потянули рубашку Андрея вверх, вытащили из джинсов и стянули через голову.
Козырев отступил чуть назад, любуясь своим приобретением.
- Нравлюсь? – спросил с ехидной улыбкой Андрей.
- Не то слово, - признал Константин и подхватил его за задницу, заставляя обнять себя ногами.
Пах Андрея оказался прижат вплотную к напряжённому паху Константина, руки Козырева с силой стиснули его ягодицы, потом скользнули вверх и замерли на секунду. Взгляд Андрея встретился со взглядом Константина.
- Сука, - выдохнул тот и вырвав пистолет Андрея из-за его спины, отшвырнул в сторону.
Андрей тоже выругался и толкнул его так, что от неожиданности Козырев повалился спиной на кровать.
- Не называй меня так, - потребовал он и, в один шаг преодолев разделявшее их расстояние, уселся на Козырева верхом. – Ты что думал, я к такому как ты без оружия домой поеду? А если ты меня изнасилуешь и наутро в болото?
Козырев секунду смотрел на него.
- Ты где этого набрался, молокосос?
- Там, где молоко пил.
Продолжать дискуссию Козырев не стал. Молча столкнул его вбок и перевернул лицом вниз.
