– Давай-давай, оправдывай его невнимательность и легковерность приворотами и неудачными стрижками! Я видел десяток любовей принца, и знаешь, что их объединяло? Ни-че-го! Разве что непродолжительность! – хмыкнул волшебник.
Рассвирепев, я сгребла в охапку сухую траву и запустила ей в чародея. Запутавшиеся в волосах былинки сделали его похожим на чучело, у которого соломенная обивка наружу полезла. Алес поджал губы и демонстративно отвернулся.
Некоторое время мы ожесточённо сопели, но дорога была слишком трудной, сено ароматным, а тёплый кот под боком – уютным…
Церемония наречения затянулась. Имя наследного принца уже было произнесено – Авин. Её… их сына зовут Авин! Мальчик вырастет крепким, это заметно и без ритуалов предвидения.
В нём почти ничего нет от матери: кожа смуглее, чем у Майры, глаза карие, даже золотистые волосы с возрастом потемнеют, разве что нос и губы. Хотя о чертах рано судить.
Бесчисленный поток гостей преподносит мальчику всё новые подарки. Я не додумался ничего приготовить, и мне ужасно стыдно перед Майреаной. Чем можно порадовать несмышлёныша? Зачарованная игрушка? Банально! Книга волшебных сказок? Такого добра навалом в королевской библиотеке. Клятва верности? Это само собой разумеется. Я обещаю, что буду его хранить. Стану верным спутником, наставником, другом! Нужно ли это принцу? Не знаю! Но это нужно мне!
Нет сил больше выносить всю эту суету и взгляд Элиаса, который я чувствую даже затылком. Осторожно проскальзываю к незаметному проходу для слуг. Прости, Майра, это выше моих сил.
В библиотеке сегодня даже тише, чем обычно. Я не появлялся здесь уже несколько дней, боясь встречи с обольстительницей Кассандрой. Но в такой день ей здесь делать нечего. В отличие от меня, она с радостью купается во всеобщем внимании и вряд ли променяет шумный праздник на уединение. Любимое кресло со слегка потёртыми подлокотниками принимает меня в объятия. Наконец-то можно выдохнуть. Прикрываю глаза, наслаждаясь тишиной. Атмосфера библиотеки успокаивает. Аромат кожаных переплётов, бумаги и чернил на столе смотрителя, тлеющих в камине углей, привкус пыли, тонкий запах чабреца… Чабрец?!
Распахиваю глаза. Опасения не напрасны. В кресле напротив уже сидит Кассандра. Она наблюдает за мной и улыбается. Те, кто не знают её, могли бы решить, что в этой улыбке скрывается нежность, но это только иллюзия. Никогда ещё я не встречал никого, столь же искусного во лжи и притворстве.
