Утром, меня подняли засветло, как раз повара только-только начали готовить завтрак на походной кухне, я продолжил работу с учениками, обучая их накладывать на себя защитную детскую сетку. Успел пятерых прогнать через эту процедуру, включая нашего главного повара и обеих девушек-педиатров, потом мы собрались и двинули дальше. Разведка сообщала, что вокруг нас начали стягиваться армейские патрули, но они не сближались, просто наблюдали, поэтому я приказал доставить мне пленного, требовалось допросить его и узнать планы святош.
Парни сделали это быстро, и через некоторое время все, что нужно, мы знали. Выяснилось, что за нами просто наблюдали и хотели убедиться, что мы покинем королевство, перейдя границу с государством гоблинов. Мы им изрядно надоели, да и пугали, что уж говорить. Разочаровывать армейцев мы не стали, тем более с ними не было святош, и, утром начав движение, до самого вечера не останавливались, лишь четыре раза по мелким надобностям, да на час на обед. Детей много, все хотели в туалет в разное время, так что четыре остановки это еще не много. Как бы то ни было, но за этот день мы проехали порядка трехсот километров. Если учесть, что пересекали три брода, это очень много, но все же до границы мы не доехали, там еще столько же оставалось.
В этот раз на ночлег мы встали лагерем на берегу судоходной реки. Дальше штатно: Мик занимался обороной лагеря, другие ученики кто чем, согласно полученным от меня приказам. Одна – детьми и бытом, Олия – организацией игр с малышами и средней возрастной группой, один старший ученик так вообще, взяв десяток парнишек из средней возвратной группы, накачал две резиновые лодки и ставил сети, решив разнообразить блюда ухой. Повар его поддерживала. Лишь я занимался тем же, чем и раньше. Немного повозился с малышами, они должны знать меня и помнить, потом собрал пентаграмму, активировал ее и продолжил работу с учениками. Сегодня до наступления темноты я закончил со старшей возрастной группой, они все теперь носили детские сетки и имели на руках по десятку кристаллов кварца, им требовалось научиться переливать в них ману, заряжая будущие накопители, и медитировать, пополняя свои резервы, то есть качать свой дар. Качать можно именно так, а то, что их использовали как батарейки, на их уровне дара никак не сказывалось, на одном месте он оставался. Время еще было, и я велел направить ко мне то отделение из средней возрастной группой, с которым еще не закончил, там половина прошла через обучение с сеткой, половина нет, вот с ними до самой темноты и возился. Заодно узнал от командира отделения, который сопровождал своих подопечных, что двое научились за эти три дня пополнять маной кристаллы кварца, правда, два из них рассыпались пылью, но вот с медитацией пока не получалось, поэтому я успокоил его, сообщив, что это не быстрое дело.
Когда уже окончательно стемнело, я проверил, как там наши пленные, их недавно покормили и даже выводили на прогулку, зря, кстати, малыши закидали их мелкими камнями и веточками, потом поужинал и отправился спать.
Утром прошла та же процедура, разбудили меня засветло, дежурный командир постарался, дежурные уже стучали топорами, готовя дрова и зажигая топку кухни, поэтому, умывшись и приведя себя в порядок, поеживаясь от утренней сырости, идущей от реки, я направился к пентаграмме. Часть учеников другого отделения уже подняли, в этот раз это были девочки, и я занялся ими, обучая работать с сеткой. Меня не отвлекло даже то, что во время прогулки для отправки естественных надобностей один из учеников-паладинов пытался бежать, но со спущенными штанами у него это не особо получилось. Конвоиры его перехватили, отмутузили и вернули обратно в кузов одной из машин. До кромки воды добежать он не успел, видать вплавь уйти хотел.
До начала движения я успел прогнать через пентаграмму шесть девочек. Учились они куда быстрее парней, да это и было понятно, со швейным искусством многие девчата были знакомы не понаслышке и давали парням фору в вязании сеток. Так что, позавтракав, мы собрались и двинули дальше. Ушица, что приготовили утром повара, была выше всяких похвал, поэтому, чувствуя приятную тяжесть в желудке, я помог залезть в кабину трем малышам лет четырех и пяти, после чего сам устроился на сиденье, посадив девочку четырех лет на колени, и отдал приказ в микрофон начать движение.
