– Просто потому, что могла, – улыбнулась Байлар, и улыбка вышла грустной, но все-таки это была улыбка.
В то лето за изнурительной жарой вдруг пришли дожди. Каждый день был серым и влажным, каждый день отсыревшее небо низвергало на землю бесконечные потоки воды, и дороги повсюду превратились в хлябь, а поля – в болота. Байлар топила печь, не жалея дров, хоть и было лето, и за печью пряталась Сегвия, которой никакой дождь был не страшен, но, поскольку она все-таки была книгой – хоть и магической – воду она не любила. Принципиально.
Ярр посмеивался над ее капризами и подолгу смотрел на дождь, и не похоже было, чтоб дурная погода надоела ему хоть чуть-чуть. Еще он тайком наблюдал за Байлар, но только когда был уверен, что девушка не узнает, и поскольку он был так ненавязчив, Байлар не злилась, даже когда замечала.
На жалобы Сегвии насчет погоды маг как-то сказал, что, хоть ему и удивителен такой долгий летний дождь в Рандаире, однажды он был в стране, где дождь непрерывно идет два месяца в году.
– Это в Фииранде, за великим озером Кальнаш. Когда стихия особенно свирепствует, люди там говорят, что морской бог Буурнун, который раньше повелевал всей планетой, должно быть, разгневался и решил снова утопить сушу в океане.
– Наверное, в этот раз Буурнуну чем-то насолил Рандаир, – подала голос Сегвия из-за теплой печки. – И он решил временно оставить в покое Фииранд и заняться вплотную нами.
Байлар тихонько хмыкнула, покосившись на окно. Лило как из ведра; такими темпами неведомый Буурнун вполне мог бы добиться успеха и превратить Рандаир в Рандаирское море, из которого, наверное, только местами торчали бы верхушки гигантских сосен бывшего Билланорского леса.
– А ты много где побывал, да, Ярр? – высунувшись наружу, Сегвия уставилась на мага одним любопытным глазом с почти птичьей головы.
– Да не то чтобы так уж много… Но кое-что за последние восемь лет посмотреть успел.
"Когда война закончилась и государству больше не было особой надобности в живой машине для убийства…"
– Я видел море, прошел Фииранд до самой пустыни, был в Миранде и в Лирии. И на востоке чуть-чуть.
– А в Рандаире тебе бывать приходилось? – спросила Байлар.
– Приходилось, конечно, – его голос мгновенно изменился, и уголки губ чуть дернулись в едва заметной грустной усмешке. "Тогда, с войной и смертью, в сполохах черного пламени. Конечно, мне приходилось здесь бывать, и это ведь очевидно, зачем же ты спрашиваешь, Байлар", – вот что она прочла в его напряженном взгляде. – Правда, это было далеко отсюда. В этой области я впервые. И Леса раньше не видел никогда.
Байлар тихонько вздохнула от облегчения. И отвернулась, чтобы он вдруг не увидел этого неожиданного чувства на ее лице.
Сегвия тем временем все-таки решила покинуть свое убежище и, встряхнув белыми крыльями, совсем прозрачными по краям, через всю комнату пролетела к Ярровой постели и, описав над ним круг, приземлилась к магу на колени.
– Могу я задать тебе еще вопрос, Ярр? – спросила она. Байлар, не удержавшись, скептически изогнула бровь. С чего бы такая вежливость от той, кто только и делал, что расспрашивал раненого мага, и если бы вопросы Сегвии имели материальную форму, то, наверное, несчастного Ярра давно бы погребло под их невероятной массой.
С другой стороны, сам маг несчастным отнюдь не выглядел, так что Байлар, как врач, решила за это не переживать.
Ярр смерил Сегвию задумчивым взглядом и неожиданно сказал:
– Вопрос за вопрос, Сег. Я отвечу на твой, если ты ответишь на мой. Идет?
От такого нахальства волшебное создание едва не свалилось со своего места, удержав равновесие только суматошным всплеском крыльев. Байлар удивилась тоже, ворчливо подумав, что могла бы просто напомнить тигриноглазому о том, кому он обязан жизнью. С другой стороны, Сегвии, должно быть, весело: вот так найти родственную душу… И точно:
– Идет! – воскликнула она после секундного замешательства, азартно блеснув глазами. – Тогда я спрашиваю первой.
Ярр согласно кивнул, добродушно глядя на магическую птицу.
– Что привело тебя в Рандаир? Ведь не просто из любопытства ты сюда пришел, понимая, что может ждать тебя в стране, где особенно ненавидят боевых магов?
"И если мои догадки верны, – подумала Байлар, не отдавая себе отчета в том, почему так внимательно прислушивается к чужому разговору, – то Ярр, будучи способным защитить себя ценой чужих жизней, такого не желал. Иначе бы его сейчас здесь не было… А значит, значит он отлично знал, что, если его раскроют…"
Знал - и пришел сюда. Знал – и спас тех людей в святилище. И знал, что эти самые люди…
Райярр же в это время пребывал в сомнении. О цели его путешествия не следовало говорить вслух. Никогда. И все же…
И все же, Байлар жила в лесу отшельницей и явно была не из болтливых. Возможно, никакого вреда не будет, если рассказать ей все. Возможно…
И она спасла ему жизнь. Она имеет право знать.
В конце концов, она тоже маг.
