В этом гримуаре содержится душа легендарного чернокнижника, Джерема. Будучи некромантом 9-го Круга, который встал на сторону демонов и пошел войной на человечество, Джерем украдёт тело любого существа, которое прочитает гримуар, и превратит его в нежить.
Джерем мечтает о полном воскрешении, поскольку его душа мучается в бездне.
* При поглощении предмета, с высокой вероятностью чернокнижник Джерем уничтожит Ваше тело. Чтобы предотвратить эту возможность, разблокируйте одну из печатей Глаттони или увеличьте свои достижения.
Прошло уже несколько лет с тех пор, как Теодор завладел этим гримуаром. Давным-давно Поклонению Смерти удалось поработить тело инспектора из Мелтора в Баронстве Миллеров, однако теперь он был запечатан в Инвентаре Глаттони.
Впрочем, как бы там ни было, это был гримуар, в котором обитал маг 9-го Круга.
В то время, и даже сегодня, Теодор не мог поглотить Поклонение Смерти, так что это был просто объект, пылящийся в его модифицированном пространственном кармане.
Так откуда эта девушка, Гипатия, знала имя легендарного чернокнижника, и почему она назвала Теодора «Джеремом»?
Его сверхчувствительность предупреждала, что одно неверное слово может перевести их отношения в статус «враждебных». Тео не собирался заводить дружбу с чернокнижницей, однако упускать возможность воспользоваться этим недоразумением тоже не стоило.
Кроме того, вместо того, чтобы сразу же давать отрицательный ответ, ему стоило выяснить, каковы мотивы противоположной стороны.
Итак, приняв решение, Теодор смело ответил:
— Повелитель конца? Извини, но я ничего не помню.
Услышав эти слова, глаза Гипатии округлились, после чего девушка печально посмотрела на Теодора и произнесла:
— Ах, мой повелитель… Вы потеряли свои воспоминания? Я — Белый Рыцарь, Гипатия, одна из четырех всадников конца! Судя по тому, насколько замечательные навыки Вы только что продемонстрировали, я рассудила, что Вы, должно быть, всё это время тайно наращивали свою силу в королевстве магов…
— Слишком многословно. Если ты не хочешь, чтобы я ушел, то лучше объясни всё сразу, — обрезал Теодор, прикинувшись рассерженным и начав собирать свою магическую силу. Все его семь кругов быстро завращались, источая колоссальное давление на всё окружающее пространство. Ни один человек, не обладающий особыми навыками, не смог бы этому противостоять.
Однако Гипатия даже не дернулась. Она лишь вежливо поклонилась, глядя на него смиренным и преисполненным уважения взглядом.
Теодор уже догадывался об этом, основываясь на количестве магической силы, которую он ощущал, однако теперь его предположение полностью оправдалось. Некроманту, достигшему хотя бы 7-го Круга, было по силам погрузить в хаос пусть небольшое, но полноценное королевство.
Если бы Гипатия что-то заподозрила, ему пришлось бы прикончить её прямо здесь.
Кроме того, если «четырьмя всадниками конца» были четыре чернокнижника, это означало, что данная организация располагала четырьмя мастерами. А такой переменной было достаточно для того, чтобы перевернуть с ног на голову всю северную войну.
Похоже, что «Поклонение Смерти» было для них чем-то важным, однако Теодор не собирался признаваться, что просто хранит его у себя в инвентаре. И вот, когда он нервно сглотнул, Гипатия подняла голову и заговорила:
— … Мой повелитель, выслушайте меня.
Затем она полностью опустила руки себе на колени, приняв совершенно беззащитную позу и начала рассказ:
— Мой повелитель, мы начали наблюдать за Вами сразу же после того, как упустили «Ожерелье Шарлотты» в подпольном аукционе Каргаса.
Теодор кивнул. Он знал, что за ним тянется хвост в лице представителей компании Оркус и рыцаря смерти. Вряд ли чернокнижники мобилизовали такую мощь, если бы ожерелье не было действительно важным объектом.
— Затем Вы направились вместе с ним на Пиратский Архипелаг… Оглядываясь назад, я понимаю, насколько была глупа. Вместо того, чтобы следовать за волей Вашего Величества, я поспешно попыталась схватить Вас за лодыжку…
— Что ты имеешь ввиду?
— Вы передали его этому высокомерному морскому дракону, Аквило… Но поскольку Ваше тело ещё не завершено… И я, жалкая Гипатия… Я не сомневаюсь, что конец скоро настанет…
