Бальдр, сын Короля Одина из клана Асов — такова была истинная личность бога по имени Лайрон! Бальдр был богом света, а потому выражение «останки света» в его случае было весьма подходящим. В этом гробу располагался источник божественной силы, которая поддерживала Лайрон в течение сотен лет и была ценнее даже сердца дракона.
Вот зачем Джерем прибыл в королевский дворец.
— Чёрт, но уже слишком поздно!
Отсутствие останков говорило о том, что Джерем достиг своей цели. Тело Бальдра находилось в руках мага 9-го Круга. Масштабы катастрофы, которая могла возникнуть вследствие этого, были попросту невообразимыми. Огромный магический круг, воздействующий на это королевство, был всего лишь уловкой. Теодор с Вероникой пришли слишком поздно.
Тем не менее, последующие слова Глаттони помогли Тео вернуть своё самообладание.
— Нет, похоже, Бальдр оставил здесь свою собственную уловку.
Одновременно с этим золотой гроб начал излучать ещё более яркое свечение. Это было окончательное сияние, предшествующее смерти. Словно свеча, которая должна была вот-вот потухнуть, оставшаяся божественная сила вспыхнула, чтобы исполнить своё последнее предназначение.
Вшух!
А затем волна света, источаемая реликвией, приняла вполне реальную и осязаемую форму. Это была длинная прямая ветвь.
— Что это?
В отличии от своего внешнего вида, ветвь источала чистую божественную силу. Озадаченный Теодор внимательно осмотрел мерцающую ветвь, не понимая, какое отношение она имеет к «уловке» Бальдра.
И вот, реакция Глаттони не заставила себя ждать.
— Мистильтейнн! Ветвь омелы, которая убила Бальдра, любимого всеми бога.
Порядком удивленный этим словам, Тео уставился на ветвь омелы, в то время как Глаттони продолжила говорить:
— Кажется, душа Бальдера находится не внутри его останков. Он скрыл её в том, что убило его… Божественная сила Пользователя пробудила душу Бальдра, и, судя по всему, она хочет передать своё последнее желание. Ты узнаешь его, если прикоснешься к Мистильтейнну.
— … Хорошо, — ответил Тео, осторожно приблизившись к излучающей тёплый свет ветви. Со стороны она выглядела как самая обычная ветка, которую можно было найти где угодно, однако на самом деле это была легендарная реликвия, положившая конец существованию Бальдера. Рука Теодора медленно потянулась к ветке и, в конце концов, коснулась её поверхности.
Пу-тух!
И Мистильтейнн передал ему свои воспоминания.
Это был холодный и жуткий голос. Воплощение ужаса, в котором не было ничего, кроме зла. В уши Теодора нашептывал голос Джерема, чернокнижника, стремящегося уничтожить весь мир и погубившего Королевство Лайрон.
Корень неудачи Джерема крылся в том, что душа Бальдера скрылась в Мистильтейнне, но самому чернокнижнику, похоже, ещё не было об этом известно.
И вот, некоторое время он продолжал молчать, после чего озвучил новую злую идею:
Древо Эльфхейма…!
Возможно, Джерем вспомнил о некоторых подходящих предложениях, используя воспоминания Теодора, в теле которого он некоторое время находился. Мировое Древо было символом бесконечной жизненной силы и, одновременно с этим, жертвой, подходящей для полного поглощения тела Бальдра. Порождения тьмы всегда жаждали жизни и света, которые им были недоступны, а потому ценность Мирового Древа находилась вне сравнения.
С этими словами монолог чернокнижника закончился, и зал погрузился в тишину.
Это было единственное, что могла сделать душа Бальдера при помощи тех небольших остатков своей силы, которые у неё остались. И вот, когда Мистильтейнн начал постепенно меркнуть, Теодор кивнул, словно отвечая самому богу.
