— Я принимаю твою волю, Бальдр.Несмотря на то, что бог света был уже давно мёртв, его душа до сих пор переживала за этот мир.
— Я обязательно остановлю его.
Будто услышав голос Теодора, Мистильтейнн вновь засиял. А затем…
Вшух!
Ветвь омелы рассыпалась, словно её сожгло невидимое пламя, а её свет проник в тело Теодора. Это было благословение, предоставленное самим Бальдром.
— Это…!
Когда Теодор понял, какое благословение ему было даровано, он ошеломленно замер на месте. Его коснулась рука самого бога света — существа, которому ничто не могло нанести вред за исключением ветви омелы. Это было абсолютное благословение! Высшая защита, способная один раз заблокировать вмешательство даже другого бога.
Таким был прощальный подарок Бальдра, который навсегда покинул этот мир, не тая ни на кого злобы и обиды.
* * *
— … Вероника… Кажется, она ещё не закончила.
Поднявшись на первый этаж, Тео обвёл взглядом просторный холл. Кроме Мистильтейнна, больше никаких намёков на Джерема или другие реликвии он так и не обнаружил. Судя по всему, центр магического круга, который и был первоначальной целью двух людей, должен был располагаться где-то наверху. Нежить не могла спуститься вниз из-за губительного воздействия божественности, а потому все мертвецы должны были пребывать где-то наверху.
А раз так, было бы неплохо отправиться ей на помощь.
Но именно в этот момент…
— Хм?
Бу-ду-дух!
Внезапно потолок рухнул, обрушив на пол кучу обломков и щебня. Конечно, этого было недостаточно, чтобы ранить Теодора. Однако он был несколько удивлён, поскольку Мастер Красной Башни, несмотря на всю свою энергичность, не уничтожала вещи без причины. Впрочем, ничто не мешало ей разрушить это здание, поскольку Королевство Лайрон уже было мёртвым.
— … Вероника, что это у тебя в руке?
Парящая вверху Вероника держала в правой руке нечто вроде груды тряпок.
— Ах, это? Это бывший папа.
Вероника встряхнула лича, облаченного в роскошные наряды, и бросила его на землю. На мертвеце не было ни одного целого места. Старшая нежить была доведена до критического состояния силами одной Вероники, лишенной какой-либо божественности.
— Папа? — вздрогнув, переспросил Теодор.
— Да, он сказал, что является верным последователем Лайрона. Я немного нервничала, потому что этот гад оказался архиличем, но, похоже, он не знал, как использовать свою силу, — пожав плечами, проворчала Мастер Красной Башни.
— Ну, он не маг, так что это не удивительно.
Даже если бы они вдвоем объединили свои силы, ничто не гарантировало бы их победу над полноценным архиличем. В конце концов, уничтожать таких монстров без использования божественности было чрезвычайно трудно. Но, к счастью, этот архилич оказался не опаснее самого заурядного скелета. И Вероника наглядно доказала это.
— Ты его допросила?
— Конечно. Я выжгла ему половину костей, но он ничего не знает. Он даже не видел чернокнижника в лицо.
— Думаю, нет никакого смысла оставлять его…в живых.
Пламя Вероники аккуратно сожгло архилича, который некогда был папой. Он полностью лишился своего человеческого облика, а потому не стоило даже размышлять о том, что его удастся вернуть в прежнее состояние. В конце концов Теодор использовал свою световую волну, чтобы убедиться, что лич упокоен окончательно.
— А как насчет магического круга? Похоже, он ещё не уничтожен.
Город всё ещё окутывала темная энергия, что служило доказательством целостности Дворца Плутона. Возможно, сердце магического круга было вовсе не на верхнем этаже, а в каком-то другом месте? Тем не менее, Вероника запустила руку в карман и мрачно произнесла:
— Я нашла его. Проблема в том, что я не смогла его уничтожить.
Мастер Красной Башни держала в руках странный фиолетовый кристалл.
— Этот аметист…
— Да, он был ядром великого магического круга. Нет, скорее всего, он и есть магический круг.
— Может быть… Магия продолжает действовать даже несмотря на то, что камень покинул своё место. Судя по всему, он существует только как источник энергии.
Будучи магами, они довольно быстро пришли к правильному выводу и мрачно уставились на аметист. Камень был небольшим и напоминал собой жемчужину, но присущая ему сила и зловещее предчувствие, которое он источал, ставили его на совершенно иной уровень даже по сравнению с архиличем. Небрежное обращение с таким предметом могло вызвать катастрофу похуже нынешней.
Вот почему Вероника не смогла его уничтожить. Также это отчетливо указывало на злые намерения создателя этого камня.
Как бы там ни было, но магический круг нельзя было оставлять в действующем режиме.
— Глаттони.
Вот почему Теодор решил прибегнуть к запасному варианту.
— Ты сможешь переварить этот камень?
— …
Ответом на вопрос Теодора было молчание. Впрочем, вскоре последовал и возмущенный ответ:
— Ты за кого меня держишь, Пользователь!?
И вот, прежде чем Теодор успел сказать что-нибудь ещё, из его ладони выскочил язык и молниеносно утащил аметист в чёрную бездну желудка жадного гримуара.
Вы поглотили «Кровавый камень Нидхёгга».
