— Плата за поддержание высшей нежити чрезвычайно высока. Для того, чтобы они продолжали существовать в течение тысяч лет после смерти своего хозяина, Джерему потребовалось бы столько магической силы, сколько содержится в сердце дракона. Полагаю, чернокнижник пошёл другим путём: он разломил свою душу и поместил её части в четырех всадников.
— … Да уж, в свою эпоху он и вправду был настоящим трансцендентным существом.
Нынешний Джерем был лишь отголоском того, что было запечатано в гримуаре. За тысячи лет его душа выветрилась, а затем была ещё и ранена Митрой. Таким образом, мощь чернокнижника была серьёзно ограничена по сравнению с тем, какой она была в прошлом. Однако, несмотря на то, что Джерем находился в достаточно слабом состоянии, после частичного восстановления своей души, уровень его могущества значительно вырос.
Осознав внезапное изменение обстоятельств, Теодор насторожился. Между тем, Глаттони продолжала говорить всё тем же невозмутимым тоном, словно ничего страшного пока что не произошло:
— Он всё ещё не в состоянии использовать все свои способности. Джерем не может воскресить четырех всадников. Несколько увеличился лишь диапазон и сила доступных ему заклинаний.
— Другими словами, он всё ещё не 9-го Круга?
— Нет. Раны, нанесённые его душе Митрой, не так-то просто исцелить. Если бы это было возможно, Джерем ещё раньше вырвал бы у четырех всадников свою душу, чтобы восстановиться.
— Я понял, — усмехнувшись, ответил Тео.
Глядя на красные огоньки глаз Джерема, парящего далеко в небе, Теодор покрепче сжал кое-какой предмет. Это было мошенничество чистой воды, которое Тео решил использовать в этой битве. Размер предмета был уменьшен, чтобы он умещался в руке, так что теперь его можно было использовать в качестве портативного магического энергетического камня. Это было сокровище, которое он получил в лаборатории Парацельса благодаря тому, что помог одному очень древнему существу.
Это было сердце, оставленное песчаным драконом, Пустынио! Предмет, содержащий магическую силу девяти кругов, наконец должен был сыграть свою роль.
Естественно, Теодор ничего не мог сделать с ним, кроме как использовать в качестве источника магической силы. Если бы сердцем дракона воспользовался кто-то другой, рубинный камень стал бы сопротивляться, и его энергия просто-напросто разрушила бы тело такого человека.
Только Теодор Миллер, обладающий абсурдной «принудительной гармонизацией», смог использовать эту нелепо огромную магическую силу.
— Вероника, как долго ты сможешь поддерживать это состояние?
— Тридцать минут при условии, что я не получу ещё больше травм. В полноценном бою — не дольше пятнадцати минут.
— Пятнадцать минут… Надеюсь, этого хватит, — пробормотал Тео, после чего выдал Веронике и Титании кое-какие инструкции. Мастер Красной Башни находилась в форме дракона, а у высшего эльфа оставалось ещё два выстрела.
Если Титания, Вероника и Теодор не смогут остановить Джерема даже с сердцем дракона, это не сделает никто.
— Хорошо, я начинаю.
Ощущая бремя ответственности, которое стало ещё тяжелее, Теодор двинулся вперёд.
Эффективность его магического энергопотребления была достаточно хорошей. В тот момент, когда Теодор сжал в своей руке сердце дракона, количество его магической силы приблизилось к бесконечному. Правда, сохранялось ограничение на тот объём, который он мог взять за один раз. Однако, как только Тео выплёскивал всю свою магическую силу, она в мгновение ока наполнялась вновь.
Мана, витающая вокруг Теодора, приняла форму синей молнии, а затем трансформировалась в гигантское копьё. Это было божественное молниеносное копье в буквальном смысле этого слова. Его длина достигала двадцати метров, то и дело разрывая окружающее пространство раскатами грома.
И вот, прежде чем Джерем успел как-то на это отреагировать…
— Убирайся-к-чёрту!
По всему полю боя раскатился звук этого нечеловеческого голоса.
— … Что!?
Слова Дракона, которые являлись одним из самых древних языков материального мира, рассеяли чёрный туман. И одновременно с этим вперёд метнулось мощное копьё, сотканное из струящихся молний.
Гру-ду-ду-ду-ду!
Однако оно так и не достигло своей цели. Из ниоткуда появилась стена тьмы, полностью заблокировав молнию. Это была чёрная магия, которая сводила мощь всех физических атак к нулю. Однако даже Джерему было трудно противостоять такому удару, а потому в чёрной стене появилась небольшая трещина. И прежде, чем эта брешь была закрыта, в неё врезался шторм.
Это была стратегия по проникновению в поврежденный защитный барьер, которая ранее уже использовалась.
— Ха-ха, это даже не смешно, — Джерем смотрел на своих противников так, как человек смотрит на копошащихся у его ног муравьёв.
Бу-дум-м-м!
