Нидхёгг пожрал останки Бальдра, в то время как Хрёсвельга подпитывала сила четырех высших эльфов, Великого Леса и Мирового Древа. Священный орёл пребывал в более стабильном состоянии и мог пробыть в материальном мире дольше своего противника, в то время как у Нидхёгга было преимущество в коротком, незатяжном сражении. Вот почему Нидхёгг стремился покончить со всем как можно быстрее, а Хрёсвельг — затянуть битву.
Однако всё это было перевёрнуто с ног на голову ещё одной переменной — внезапным самопожертвованием Джерема, который и призвал Нидхёгга в этот материальный мир.
Самым главным в магии призыва была связь между призывателем и призываемым. Если она нарушалась, призываемое существо не могло долго оставаться в этом мире вне зависимости от того, насколько сильным оно было. Вот почему на данный момент королю демонов Настронда нельзя было медлить.
несколько загадочно проговорила Глаттони, — Основываясь на моих воспоминаниях, Нидхёгг — это тот, кто будет использовать всё, что у него есть.
А затем суперчувствительность Теодора послала ему предупреждающий сигнал. Словно по мановению чей-то руки на Тео обрушилась страшная головная боль, а мир перед глазами размылся. Судя по уровню интенсивности происходящего, можно было сказать лишь одно — смерть неизбежна. И, естественно, эта угроза исходила со стороны неба, где сражались два величайших существа.
— А-а?
А в следующее мгновенье небо вспыхнуло. Оно окрасилось в чистый, совершенно ему нехарактерный, белый свет. А ещё, в отличие от тьмы Нидхёгга, в этом белом свете ощущалась божественность. Это была сила Хрёсвельга. Теодор понятия не имел, что происходит, но тут заговорил побледневший Алукард.
— Теодор.
— Да?
— Хрёсвельг прислал сообщение.Услышав столь неожиданные новости, Тео застыл на месте.
— Дракон готовит смертельное дыхание. Хрёсвельг будет использовать все свои силы, чтобы предотвратить это, но мы должны быть готовыми к удару.
— Дыхание, значит… — вздохнул Тео, прекрасно понимая, что означает это предупреждение. Даже одна такая атака была намного сильнее чем то, что мог перенести Теодор.
Дыхание Дракона, способное уничтожить даже грандмастера… Это была высшая магия 9-го Круга, которая неизбежно привела бы к смерти любого противника. Дыхание Нидхёгга могло уничтожить всех живых существ в Эльфхейме.
— потряс головой Тео, представив себе эту ужасную сцену.
— Сколько у нас времени?
— Около двух часов. Возможно, меньше.
— Два часа… За это время мы можем попробовать всех эвакуировать…
Эльфам было бы тяжело отказаться от Мирового Древа и своего Эльфхейма. Это был их дом, недоступный для человеческой жадности и незваных гостей. И вот, хоть Алукард и не стал опровергать слова Теодора, волшебник ясно видел в глазах эльфа горькое сожаление.
Теодор отчаянно раздумывал о возможных контрмерах, но масштаб происходящего был слишком велик. Ни Супербия, дошедшая до 5-ой стадии, ни Инвидия, разблокировавшая 6-ую печать… Никто из них даже рядом не стоял с текущей угрозой, нависшей над Эльфхеймом.
Эльфов ожидал односторонний убой. Нет, грядущее событие нельзя было даже близко сопоставлять с битвой. Абсолютное Дыхание Дракона, за которым последовала бы цепочка землетрясений, извержений вулканов, цунами и т.д. Смертный ничего не мог предпринять против незваного гостя из другого измерения.
Однако Теодор не сдавался, изо всех сил пытаясь придумать хоть какой-то метод.
Если Нидхёгг потратил часть своих сил на сражение с Хрёсвельгом, то Теодор вполне мог бы перехватить его при помощи Фафнира. Разрушительная сила его «лазера» превосходила любое дыхание, а потому могла в какой-то степени остановить его.
