– Не ершись, – откликнулся Павел. Маг ничего не записывал, но внимательно наблюдал за происходящим. – Исток сам собой не возникает. Аспект п-проявляется или через П-представление, но д-для этого род нужен, или случается что-то, что ставит на смертную грань. Но самозахватчики – редкость, д-да и молода ты слишком.
Инга прищурилась.
– Говорят, что можно и во снах магию найти…
– Можно, – согласился Павел, – но д-даже если кто-то подходящий п-проникнет во сне в мир за Завесой и выйдет на контакт с ничейным Истоком, то его способности исчезнут через несколько минут п-после п-пробуждения. П-присоединение происходить лишь тогда, когда сознание п-почти п-полностью за Завесой. А это – б-близость к коме. Так что если с тобой ничего опасного д-до обретения Аспекта не п-происходило, то нам надо узнать, кто твои родители, чтобы п-поставить на учет п-проводившего П-представление и не сообщившего о нем. Ладно, с этим разберемся п-позже. А п-пока рассказывай, как зарабатывала четыре года на жизнь, как д-давно п-подалась в Москву и что случилось вчера. О п-последнем говори со всеми д-деталями. Ловцы Истоков не д-действуют наобум и крайне редко готовы п-просто так взять и отпустить намеченную жертву, так что найти и остановить их и в наших, и в твоих интересах. Рассказывай все без утайки.
Инга бросила еще один взгляд на дверь. Допрос ее не радовал, но все остальное радовало еще меньше.
Новая жизнь, что б ее...
Она глубоко вздохнула и начала рассказ обо всем, что случилось с момента, когда Толик прислал предложение о «прекрасной работе в Москве».
Особистов интересовало все. Во что был одет Толик, как говорил, где находился ресторан, куда они ехали, как выглядели дома вокруг, какой высоты забор у Антона Сергеевича, какие машины стояли в гараже… И еще множество подробностей, из которых Инга сумела припомнить разве что гравировку в виде кошачьей морды на серебряном кольце Антона Сергеевича да цену заказанных в ресторане блюд.
Больше всего обоих мужчин заинтересовал светящийся кристалл, который Инга видела в руках у напавшего на нее. Вот только об этой вещи она мало что могла рассказать. Темно было, да и страх разум застилал. Но Инга прекрасно помнила, что не было никакого «ритуального зала». Только недострой, дурацкий кристалл и ночное небо над головой.
К концу рассказа аристократ ушел в себя, а Павел задумчиво поглядывал на Ингу, словно пытаясь что-то для себя решить.
– Что-то не так? – осторожно осведомилась она.
Кто их, магов, знает? Может быть этот кристалл навредил или там изменил в ней что-то…
– П-призма Хеопса, – с некоторой тоской отозвался Павел. – Редкая штука. Мы п-предполагали, что п-прикрыли всех, кто их изготавливает, но, судя по всему, это не так.
– Если это она, – отозвался Андрей Васильевич.
– Или что-то д-до крайности п-похожее с таким же методом д-действия, или копия.
– Призма выкачивает много. Никаких забегов потом.
Инга жадно следила за разговором, опасаясь узнать о себе что-то новое и не очень приятное.
– Адреналин, – пожал плечами Павел, – и сильный Исток, п-пусть и Малый. К тому же д-для п-пропуска через П-призму нужно собственное п-полноценное ядро, и если каналы тонкие, то тянуть б-будет узким потоком. И забрали много, Алиса п-попеняла, что не стал сразу звонить.
– Интересно, кто у нас такой умный решил подтянуть себе магика-краснометочника?
– И решил ли… Как-то б-больше на смотрины п-похоже. Но Исток не п-показал ложь…
– Смотрины? – рискнула уточнить Инга.
Маг поморщился.
– Человек, с которым ты общалась, скорее всего, занимается п-продажей информации о магиках и магах. И он хотел убедиться в том, что ты связана с Истоком.
– Он вроде как клубами владеет…
– Это сказал твой д-друг.
– Толик не обманывал! – Инга сузила глаза. Ее злил такой поворот разговора. – И его шеф тоже. Я что, не понимаю, как это все может быть опасно? Я четыре года сама живу и знаю, как вляпаться можно, умею всякое дерьмо обходить. И контракт – не найм, но все равно же официальная бумага.
– Бумага, – усмехнулся Андрей Васильевич, – вот только ты, Безродная, прости уж за прямоту, безродная для того, чтобы потом через контракт чего-то требовать. Послали бы тебя в любом суде. Этот документ так, пыль в глаза пускать. Да и если этот твой Антон Сергеевич сам не из потомственных, то писать может что хочет. Хотя мне интересно, как он прописал в контракте твою легализацию. Паспорт-то у тебя хоть есть?
Инга откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.
– Приму за ответ «нет», – усмехнулся аристократ.
– Есть вообще-то.
– Покажешь?
– Хранится где-то в кабинете директора «Приюта сердца».
– И как ты собиралась подписывать контракт без паспортных данных, и в какой суд думала обращаться со своей меткой и без документов? Уж прости, юная леди, независимо живущая уже четыре года, – с иронией проговорил Андрей Васильевич, – но все же дурнопахнущую субстанцию ты не обошла. Сдали тебя Ловчим с потрохами.
