– Из-за некоторых обстоятельств, п-пока в твоем отношении не б-будет п-получено уточнение режима, – последние два слова Павел почти выплюнул, – п-по городу ты можешь ездить только вместе с Андреем. Если п-по каким-то п-причинам мои коллеги заинтересуются тобой, то только в этом случае у их интереса не будет негативных п-последствий.
Значит, дело в должности. Но и в чем-то еще. Какое-то существующее обстоятельство ощущалось за словами мага. Но сейчас в это лезть не стоило.
Обувь нашлась. Великовата, но ходить можно.
Инга не без опаски дошла за аристократом до его не самого дорогого на вид автомобиля, припаркованного совсем рядом с домом мага. Внутри не слишком шикарный, но чистый салон пах кожей и чем-то неуловимо-хвойным.
Андрей Васильевич повернулся к ней:
– Первое и последнее обсуждение. Я не намерен нянчиться с детьми, и у меня, как и у Павла, отпуск. Поэтому или ты не делаешь глупостей и не пытаешься удрать, и мы с тобой ладим, или ты делаешь глупости – и будешь предоставлена своей судьбе. О бегающем по Москве краснометочнике без послаблений по содержанию я обязан сообщить. Если ты и правда получила свой статус из-за чужих козней и взятки, то докажи это своим поведением. Мы с Пашей будем расследовать это дело в любом случае, как и разбираться с приютом и возможными махинациями в нем, но никто не будет искать тебя на улицах города. Никто, кроме Ловчих. Так что или держи свой страх в узде и принимай помощь, или проваливай. Если эмоции застилают тебе разум, то значит и метка стоит по делу.
– Я не боюсь, – не сдержалась Инга.
Еще чего! Ее лишь раздражала необходимость слушать чужие указания.
Аристократ хмыкнул.
– У меня нет подобного твоему Аспекта, но достаточно опыта общения, чтобы не согласиться.
Он принялся вбивать в навигатор адрес хостела.
Инга предпочла не спорить. Ни сразу, ни после того как аристократ вывел автомобиль с парковки.
Просто смотрела на проносящуюся за окном Москву. На районы с домами старых родов, потом – на многоэтажки, построенные в начале прошлого века, перемежавшиеся с возведенными недавно однотонными строениями, лишенными всяких украшательств. Потом потянулись заборы, мелькнул проулок, в котором виднелась огороженная стройка. Инга замерла на мгновение. Другая стройка, просто показалось…
Большой город. Очень большой город. Может, ее родители отсюда? Может, они из какого-то старого рода, где из поколения в поколение передавались магические силы? Может, дом ее семьи стоял на Старом Арбате или где-нибудь еще подле Кремля?
Она покосилась на Андрея Васильевича. Вроде как ведь важно, кто ее родители. Или нет? Их реально найти?
– В чем дело? – резковато отозвался аристократ, поворачивая на какую-то узкую улицу.
– Ни в чем. Извините. Просто подумала… что моя семья могла быть отсюда.
– У тебя есть основания так считать? Доказательства?
– Нет. Никаких. Просто… Большой город.
– Столица тоже большой город, и там живет куда больше магических семей, чем у нас. Последствия пожаров Великой Магической. Не думала об этом?
Инга пожала плечами. Она как-то раньше не задумывалась о том, откуда могла происходить ее семья: из Москвы, Петербурга, провинции или и вовсе откуда-нибудь из-за границы Империи. Просто посмотрела за окно на бесконечные дома и представила, что в одном из них могли жить ее предки.
– Что ты вообще знаешь о магии? О том, что она собой представляет, об Истоках? Как я понял, ты термин «Аспект» вчера услышала впервые.
– Я не слишком люблю историю. Вроде после разрушения Константинополя узнали, что есть магия. Что можно получить Истоки откуда-то из мира снов… Или образов. Мира за Завесой, вот. Научились передавать Истоки по наследству. Появились маги, умеющие много разного, и магики, которые умели только что-то одно, вроде там чтения мыслей, например. И те, и те были весьма могущественными, и им многие завидовали. Все начали искать эти Истоки, исследовать там всякое. И те, у кого деньги водились, и целые страны, ну и оружие магическое делали. В итоге началась война чуть ли не всех со всеми, – Инга чувствовала себя словно на экзамене и торопилась побыстрее закончить разговор, упуская все ненужное, – Великая Магическая. В начала девятнадцатого века оставшиеся маги и правители поняли, что еще немного, и править будет просто некем. Особенно после того как случился, ну, этот... Год Без Лета, вот. Тогда все кое-как закончили войну Парижским договором, Ограничением, запретили использовать магию как оружие. Законы всякие приняли. Чтоб подавить и контролировать всех, кто магией владеет, ограничить и не давать ничего сделать.
Андрей Васильевич фыркнул.
