Инга уткнулась взглядом в пол.
– Я не могу п-понять, – продолжил Павел, – то ты б-боишься незнакомцев, и это вполне объяснимо, то лезешь чуть ли не п-под п-пули. Ты п-понимаешь, что не используй Андрей вчера способности негатора, вас б-бы там всех в п-пыль стерло? Та едва не упавшая на п-пол маленькая п-пирамидка взрывается с силой д-десятка гранат.
Инга прикусила губу. Вот значит как… Но ничего же не случилось. Потому что Андрей Васильевич поймал пирамидку – или потому что он сделал что-то еще? Что-то, что принесло боль, то, что Павел назвал работой площадного изолятора… Но мысли свои она озвучивать не стала, заметив лишь:
– Я не знала. Я… мне казалось, что нужна помощь. Думала, что смогу выбрать момент и ударить ту женщину, а потом поняла, что ее сообщник придет, ну и… не выдержала. Он ведь мог застрелить Андрея Васильевича или магией ударить в спину.
Павел чуть улыбнулся и покачал головой.
– Несколько п-пуль наши артефактные щиты выдерживают, а магия, Инга, на Андрея вообще не д-действует. Он – негатор, игнорирует любые направленные на себя магические воздействия, п-пока не свернет свои силы, и способен «отключить» магию вокруг. Хотя вот твои способности на Андрея работают, д-думаю, из-за того, что ты анализируешь сказанные слова. Так что ты вчера, вмешиваясь, рисковала куда б-больше, чем он сам.
Инга смутилась. Выходит, она зря влезла… Кто бы хоть сказал, что ли. Да и какие риски? Порезы затянулись благодаря мази, которую вчера дал Андрей Васильевич. Все закончилось нормально, порванная одежда не в счет… Хотя она могла свалиться с подоконника и себя выдать, и просто пулю получить, и много чего еще...
Инга пожала плечами.
– Я не знала. Насчет магии. Я, если надо, действую. Несмотря ни на что.
Она ведь часто так вот кидалась в заварушку. Или бежала сверкая пятками, если было куда.
– Д-действуешь. А п-прямо спросить об условиях возможного б-будущего сотрудничества – б-боишься. Ты как четыре года п-прожила сама?
– Нанималась. По объявлениям.
– И часто обманывали?
Инга покачала головой.
– Я знаю, когда врут. Прямо спрашивала – когда и сколько будут платить. Пару раз случалось, что тот, кто меня нанимал, не знал о подставах от начальства. После этого старалась говорить с руководством напрямую. Я работала ответственно, просила немного, и находились те, кого это устраивало больше, чем пара сэкономленных рублей.
Больше всего Инге запомнился один семейный отель, где она работала почти два лета. Пожилая хозяйка видела в ней кого-то вроде внучки… Правда, потом попала в больницу, а как вышла – продала дело и уехала куда-то к Эльбрусу, к чистому воздуху. Но все равно эмпат была ей благодарна.
– А сейчас в чем п-проблема вопрос задать?
Инга вздохнула.
– У меня не образования. А для сыска законы ж знать надо…
Павел чуть улыбнулся.
– Надо. Так что Академию п-пройти п-придется, там есть вечерние курсы д-для нашего б-брата. Считай, что тебе п-повезло. Эмпаты в сыске нужны, от твоего Аспекта есть п-польза, д-даже если ты только б-будешь следить за д-допросами. Справишься, ты на вид не п-похожа на непроходимую тупицу.
Инга принялась изучать пол.
На вид, может, и непохожа, но на деле… Она с трудом получила аттестат. Более-менее дались только литература и обществоведение.
– Не ищи п-проблемы там, где их нет, – маг явно наблюдал за ней. – П-писать умеешь?
– Да, конечно.
– Значит, б-бумаги заполнять научишься. А в остальном в нашем отделе, скажем так, собственная атмосфера. Важен результат, и глупо отсекать тех, кто способен п-помочь его д-достигнуть, из-за незнания года основания Сыскной Канцелярии или неспособности вот п-прям сейчас вещдок описать. П-пока я намерен записать тебя вольноопределяющимся гражданским п-помощником. Ты – магик и нужна Империи, п-потому жалование б-будет. Невеликое, но все же. А когда с этим всем разберемся – п-пройдешь краткий курс оперативной работы и сможешь ставку п-получить. Но, если у тебя д-другие п-планы…
Инга помотала головой.
– Я д-догадываюсь, что п-предложение п-предпринимателя явно б-было щедрее, – продолжил маг, – но у нас есть социальные б-блага, отпуск и кое-какая защита от Ловчих, так что в некоторых вопросах, д-думаю, мы можем составить конкуренцию Антону Сергеевичу и его частной лавочке.
В словах чувствовалась явная ирония. Эмпат кинула взгляд на мага – тот улыбался.
– Я… Просто это несколько неожиданно. Вот и все, – проговорила она. Потом подумала и зачем-то добавила: – Кюн боится, что я займу ее место.
И вот зачем сказанула-то? Андрей Васильевич мог бы рассказать это Павлу… А мог и не рассказывать.
– Кюн – одна из нас. И она рано или п-поздно поймет, что ни я, ни Андрей не собираемся нанимать тебя вместо нее или еще кого-то. Не б-бери в голову. Эмоции п-приходят и уходят.
Инга кивнула. Это она очень, очень хорошо знала.
– Я ехала сюда, понимая, что предложение Толика может оказаться ерундой, но оно было честным. А потом… Случилось все остальное. И выходит, что у меня теперь осталась только порванная одежда… Ну и я.
– Ты есть, а остальное п-приложится.
Инга улыбнулась. Маг говорил искренне.
