Девочка прекрасно все слышала из соседней комнаты и не вмешивалась.
– Что случилось?
– Анну мою…
– Что с Анной?
– Пропала.
– Как – пропала? – искренне удивился судья Райдел. – Аран, ты что? Вы же вчера…
– Да, поехали мы, куда эти козлы сказали. А что толку?
– Не нашли?
– Никого там не было. Может, твоя девочка чем поможет?
– Аран, ты головой-то думай? Шайна только по запаху ложь чувствует, она не сторожевая собака, чтобы людей вынюхивать!
– Да понимаю я все, но, может, хоть по соседям пройтись…
Судья подумал пару минут.
– Обеденное время. Плюс полчаса туда-сюда, устроит?
– Райдел! Ну хоть три часа!
– Ладно. Плюс час туда-сюда. Но и только, понял?
– Райдел! Ты… ты… спасибо!
– Ты меня понял, Аран? Три часа…
– Конечно!
Даже мне в это верилось с трудом.
– Пойду поговорю с Шайной.
Меня и спрашивать не пришлось, судья посмотрел на мое лицо и хмыкнул:
– Подслушивала?
– Тише говорить надо, если хотите оставить окружающих в неведении, – пожала я плечами.
– Тоже верно, сам виноват. – Судья Райдел поглядывал на меня с улыбкой. Убедившись, что от меня есть большая польза, он стал относиться ко мне почти с отеческой симпатией. – Сходишь с Араном?
– А герцог против не будет?
– Моринар? Не думаю. Араны, кстати говоря, очень лояльны к Короне. Магов среди них отродясь не было, но короля они уважают.
Я кивнула.
– Схожу. Если отпускаете.
– Конечно, Шайна. Если что, я с герцогом поговорю. Лично. И надеюсь, ты тоже вернешься достаточно быстро.
Я кивнула еще раз и отправилась к графу. Тот встретил меня улыбкой, больше похожей на вымученную гримасу.
– Госпожа Истар…
– Шайна. Я знаю, я поеду с вами и помогу, чем смогу, ваше сиятельство.
– Благодарю вас, Шайна.
Я улыбнулась и направилась к карете. Раззолоченной, обитой лиловым бархатом, не чета прошлой. В тот раз я ехала в карете для слуг и всяческих покупок, в этот раз меня везли как госпожу. Или это графа везли со всем почетом, а меня – так? Пристяжной?
Может, и так верно.
И что вы думаете? Кого я встретила на месте пропажи, а именно в доме ведьмы?
Ирек Аран, собственной персоной. А с ним Лорн Годор. А чего они на меня смотрят такими большими глазами?
– Шайна? – разродился первым Ирек.
– Ну, – отозвалась я. – Привет!
– Привет! А какими ты судьбами? Ваше сиятельство, наше почтение…
Граф сдвинул брови, но решил не возмущаться, памятуя о том, что эти двое будут искать его дочь.
– Вы знакомы?
– Госпожа Истар, – Ирек, паяц, даже поклонился в мою сторону, – королевский расследователь. Как и мы с напарником.
Уважения в глазах графа явно прибавилось. Я поднялась в его мнении еще на одну ступеньку, жаль, оно мне не надо.
– Ирек, Лорн, что тут интересного?
– Ну, что ни ведьмы, ни слуг – это понятно, – размыслил Ирек. – Соседей опрашивали…
– А у кого она домик купила?
– Не купила, арендовала. Купец из гильдейских, господин Жерех. Скоро доставят.
Я кивнула.
Оставалось ждать, разве что с соседями побеседовать, но те были единодушны и единогласны. Недоброе в доме, вот как хотите, а недоброе. И ведь не врали и не притворялись. Мы прошли по всем ближайшим домам, и все, все, как один, говорили, что баба здесь жила нехорошая.
Госпожа Шараэль?
Вроде так, но не заходили к ней никогда…
Я подумала и принялась спрашивать о другом. Вот к нам соседи приходили, а тут? Неужели никто? Ни разу? Никак?
Оказалось – и никто, и ни разу, вот… Рина сходила, и что?
И муж от нее ушел к любовнице! Верно вам говорю, глаз дурной у бабы!
Рину мы тоже навестили. Я лишний раз убедилась, что госпожа Шараэль – кто бы она ни была – не маг. Это точно. Будь я мужчиной, тоже бы от такой сбежала.
Рина оказалась толстой неопрятной бабой из тех, которым всегда все везде надо. Плевать, что у тебя молоко убежало, надо в соседский огород лезть! И никак иначе! Нельзя ж пропустить, что у людей происходит?
Не подслушать, не разнюхать и не рассказать!
Такого не бывает!
От запаха кислой капусты меня замутило, и я едва не зажала рот рукой. А от мыслишек и того противнее стало. И что за манера у некоторых баб – всех по себе мерить? Твое какое дело, с кем я сплю?
Ни с кем, потому что не хочу! Поспи тут, когда все мысли как на ладони? Тошно станет…
Это Мих меня любил. А остальные… хотят, в лучшем случае.
Трещала баба тоже так, что не заткнуть. Разве что кулаком попробовать?
– …это ж надо ж, какая подлая гадина! Я как к ней зашла, так это ж и поняла! Смотрит своими глазюками, это ж кошмар что есть! Все черные, как у гадюки, злобные, это ж что такое творится, что такое в Алетаре живет? Куда только его величество смотрит!
Ага, есть ему время каждой ведьме под подол заглядывать.
Хотя кто его знает? На меня-то время нашел?
В памяти Рины о госпоже Шараэль не было ничего интересного. Просто женщина, лет сорока, статная, черноволосая и черноглазая, с плавными движениями… и рофтерка, и тиртанка, и еще откуда, смесок какой-то… да кто угодно это может быть. Дочь любой крови.
Взяла пирог, не давая Рине даже порог переступить, и как отрезала:
– И ты ко мне не ходи, и другим скажи, чтобы не ходили. Нечего тут лясы точить и время провожать! Не до вас мне, недосуг…
Развернулась – и дверью хлопнула.
