«Магия, инкорпорейтед». Дорога Доблести полностью

— Крупные по большей части травоядны, как дьявол Кювье[58]. Вон те львы-переростки сожрут нас, если Игли выиграет дело. Но только в том случае. Наша главная проблема — Игли.

Я принялся внимательно разглядывать Игли. Он был похож на отпрыска человека из Данди — лба всего ничего, зато челюсть — ого! В нем сочетались самые непривлекательные черты великанов и людоедов из «Красной книги сказок»[59]. С детства терпеть не могу эту книгу.

В общем он был человекообразен, если применять этот термин в расширительном смысле. По росту он превосходил меня на пару футов, а по весу — фунтов на триста-четыреста. Я, пожалуй, имел перед ним преимущество только в благообразности. Волосы на Игли росли пучками, вроде как на заброшенном газоне, и вы сразу же понимали, даже не получив специального извещения, что он в жизни не пользовался дезодорантом для мужественных мужчин. Узлы его мышц свивались в клубки, а ногти явно никогда не подстригались.

— Стар, — спросил я, — а что мы не поделили с Игли?

— Ты должен убить его, милорд.

Я снова пригляделся к Игли.

— А нельзя ли нам договориться о мирном сосуществовании? Ну там взаимная инспекция, культурный обмен и так далее?

Она покачала головой:

— Для этого он слишком глуп. Он явился сюда, чтобы перекрыть нам дорогу в долину, и кто-то должен умереть — или он, или мы.

Я перевел дух:

— Принцесса, я принял решение. Человек, который повинуется всем законам без исключения, еще более глуп, чем тот, который их постоянно нарушает. Пожалуй, не стоит беспокоиться, нарушим мы или нет местный Закон Салливана. Мне нужны огнемет, базука, несколько гранат и самая крупнокалиберная винтовка из нашего арсенала. Покажи, где их взять.

Стар поворошила угли.

— Мой герой, — медленно заговорила она, — я искренне сожалею, но… все не так просто. Ты заметил, что вчера вечером, когда мы курили за столом, Руфо зажигал нам сигареты от свечей? Он не пользовался даже зажигалкой.

— Э-э… нет. Я не обратил внимания.

— Закон против огнестрельного оружия и взрывчатых веществ не из тех, что существуют у вас на Земле. Он иной. Здесь их применение просто физически невозможно. Иначе их бы обратили против нас.

— Ты хочешь сказать, что они тут просто не сработают?

— Не сработают. Лучше сказать, на них тут наложено заклятие.

— Стар! Посмотри мне в глаза. Ты, может быть, веришь в заклятия. Я — нет. И готов поставить семь против двух, что автомат Томпсона в них тоже не верит. Я хочу устроить проверку. Помоги мне распаковаться.

В первый раз за все время разговора она показалась мне встревоженной.

— О милорд! Умоляю тебя — не делай этого!

— Почему?

— Даже попытка может привести к катастрофе. Верь мне, я знаю о бедах, опасностях и законах этого мира больше, чем ты. Верь мне, я не желаю тебе зла, и, более того, вся моя жизнь и благополучие полностью зависят от тебя. Пожалуйста, верь мне!

Невозможно не поверить Стар, когда она говорит всерьез. Я сказал задумчиво:

— Может, ты и права, иначе этот тип таскал бы на боку в качестве личного оружия шестидюймовую мортиру. Ладно, Стар. Тогда у меня есть идея получше. Почему бы нам не вернуться обратно тем же путем и не пожить в тех местах, где мы ловили форель? За пять лет мы создадим там приличную ферму, а через десять, когда о нас разнесется молва, откроем небольшой мотель с бассейном для нудистов и шикарным газоном.

Она даже не улыбнулась:

— Милорд Оскар, назад пути нет.

— Это еще почему? Да я его с закрытыми глазами найду.

— Они и там отыщут нас. Не Игли, а множество подобных ему отправят найти нас и убить.

Я снова вздохнул:

— Что ж, так значит так. К тому же говорят, что открывать мотель вдали от шоссе — верный проигрыш. Слушай, в этом арсенале есть хороший боевой топор. Может быть, мне удастся отрубить Игли ноги прежде, чем он меня заметит.

Она снова покачала головой. Я спросил:

— А теперь в чем дело? Что, я должен драться с ним, надев на одну ногу ведро? Я думал, все режущее и рубящее, все приводимое в действие моими собственными мышцами вроде бы разрешено?

— Разрешено, милорд, но оно не сработает.

— Это как?!

— Игли нельзя убить. Понимаешь? Он на самом деле не живой. Он создан, сконструирован, сделан неуязвимым и предназначен только для одной цели. Мечи, ножи и даже топоры против него бессильны. Они отскакивают. Я видела это своими глазами.

— Ты хочешь сказать, что он робот?

— Нет, если под этим подразумевать провода, шестеренки и печатные схемы. Голем — уже ближе. Игли — имитация жизни. В некотором смысле это лучше, чем жизнь, поскольку нет способа — во всяком случае, известного мне способа — его убить. Но в то же время и хуже, так как Игли очень глуп и плохо сбалансирован. У него куча самомнения и ни капли здравого смысла. Руфо играет на этом в настоящую минуту, стараясь разозлить его до такой степени, чтобы он потерял всякую способность соображать.

— Вот как! Господи! Надо поблагодарить Руфо. Большущее ему спасибо. Принцесса, так что же все-таки я должен сделать?

Она всплеснула руками, как будто это само собой разумелось:

— Когда ты будешь готов, я отключу защиту и ты его убьешь.

— Но ты же только что сказала…