Последняя фраза, произнесенная на языке Древних, погасила магические барьеры, преграждающие путь в коридоры. Вибрация стен так же пропала, а оставшиеся знамена, парившие возле постамента, растворились в воздухе. Более храм не собирался препятствовать Мивара в осуществлении его замысла.
— Поверьте, так будет лучше для всех, — заверил Человек, победоносно прожигая Иникая взглядом. — Искатель лишиться воспоминаний, а Диани, если захочет, сможет пойти со мной в цитадель, где мы узнаем ее прошлое и определим будущее. Хоть и на половину, но она Иласури! А значит, попадает под мою защиту и помощь.
— То есть ты готов надругаться над человеком, но при этом не осмелишься влезть в голову Иласури? — гневно спросил священник. — Это лицемерие и двуличие!
— Легче! — со сталью в голосе одернул Безымянный маг своего ученика. — Помни, с кем говоришь! Вы понятия не имеете, с чем играете! Аспарок постоянно рыщет по Терадосу в поисках уцелевших Древних. Призрачные гончие служат ему глазами и ушами…
— Призрачные гончие? — навострил уши Вимас. — О чем это вы?
— Сотканные из расплавленного стекла, невидимые глазу демонические псы, коих Аспарок создал с помощью темной магии, — пояснил Мивара. — Ужасающие создания, способные убивать без следа и исчезать из вида по одному своему желанию. Они не имеют разума и воли, целиком подчиняюсь своему хозяину.
Вимас нахмурился.
— Я встречал таких, — медленно проговорил он, взывая к своей памяти. — Сначала возле Драконьего Дворца. А после… совсем недавно. Нас преследовали три такие твари прямо возле границы пустоши Прозрачных пещер!
— Преследовали? — переспросил Мивара, бледнея и отступая на шаг. — Они преследуют лишь в одном случае — если собираются напасть. А раз вы живы, то это значит, что они просто следили за вами по приказу Аспарока. И теперь он знает, что вы шли к Хранилищу. Возможно он уже в курсе, что вам удалось пройти внутрь. Это тревожно! Но врата не пропустят его.
— Врата? — удивился Ликориан. — Но они обратились в пыль, когда я прочел заклятие.
— Этого не может быть, — уверенно отрезал Человек. — Заклятие открывает двери, но после того, как гость проходит, они снова надежно запираются!
— Но я видел, как ворота обратились в пыль. И Диани тоже.
Девушка кивнула. Предчувствуя неладное, чародейка уже обматывала серебристые волосы вокруг шеи. Серые локоны слегка потускнели и потеряли природный цвет от грязи и пыли, но все еще оттеняли золотые глаза Диани, притягивая чужие взгляды.
— Это невозможно! Материал врат выдержит даже воздействие Хаоса, — настаивал Безымянный маг. — Если только…
Лицо Мивара исказила гримаса ужаса. Он сорвался с места, и словно ветер промчался мимо Искателя, скрывшись в одном из коридоров, ведущих к выходу из пирамиды.
Не сговариваясь, Диани и Иникай бросились за ним. Чуть погодя из Зала Совета выбежал и Ликориан. Не было точно понятно, что именно напугало Человека, но вряд ли это был обычный сквозняк, вызванный отсутствием ворот.
Еще не добегая до выхода из храма, Безымянный маг напустил синеватого тумана, призванного выявить гончих Аспарока, если те уже затаились в коридорах Хранилища. Но пока только Иласури и Вимас заставляли облака пара разбегаться по сторонам замысловатыми вихрями.
— О нет! — одними губами прошептал Мивара, падая на колени перед кучей светящейся пыли, бывшей некогда непробиваемыми дверями пирамиды. — Он снова перехитрил меня!
— О чем вы? — спросил Искатель, стараясь мысленно отслеживать любое движение в лабиринтах пещер.
— Это было заклятие! Заклятие мгновенной энтропии.
— Энтропии? — переспросил Вимас, слыша это слово впервые.
— Да, — отвечал Человек, с трудом поднимаясь на ноги, и держа на весу пригоршню бесполезной пыли. — Энтропия — это разложение, превращение в прах всего материального. Он не смог открыть врата сам, а потому наложил на них чары разрушения от времени. Вот только сработать заклятье могло лишь тогда, когда защита храма спадет. Это и произошло в момент, когда вы открыли замки. Всего на мгновение магия Хранилища ослабла для того, чтобы впустить вас. Но этого было достаточно для Аспарока. Он раз и навсегда устранил препятствие, что мешало ему проникнуть внутрь! Что же вы натворили…
— Мы?! — удивленно переспросил Вимас. — Но любой другой мог войти до нас или после!
— Никто не открывал врата в храм уже многие века, — покачал головой Мивара, сквозь пальцы просеивая искрящийся песок. — Даже я попадал внутрь с помощью портала, связывающего мою цитадель и Хранилище! Но вы правы… в этом есть и моя вина. Как я мог не увидеть этого заклятия? Как я не почувствовал его раз за разом приходя сюда, чтобы убедиться в прочности стен? Чары Аспарока сильны! Очень сильны! Но тем лучше я должен был видеть их след…
— Не время думать о прошлом, — подал голос священник из-за спин магов, указывая на пещеру перед пирамидой. — Подумайте о настоящем. Эти гости не будут ждать приглашения, чтобы войти!
