Освещая путь магическими светлячками, носящимися над головами чародеев, группа медленно продвигалась вперед, то и дело натыкаясь на ответвления и небольшие лесенки. Абсолютная тишина сковала эти подземелья. Неслышно было ни топота солдат, ни криков заключенных казематов. Видимо, мерсинцы все же предпочитали казнить заключенных, а не держать их в мерзких каменных камерах. Хотя все нарастающий трупный запах говорил о том, что несколько бедолаг все же заживо гниют в этом подземном царстве. А быть может это всего лишь плесневелые грибы, растущие в сумраке и влаге, источали столь бодрящий аромат разлагающейся плоти. Проверять эти догадки, не было ни времени, ни желания.
Очередной узкий ход привел к дыре в полу. Несколько подъемных устройств, собранных из досок и веревок, говорили о том, что это не обычный колодец. К тому же на дне ямы явно были видны блики от факелов, а перемещающиеся тени намекали на наличие охраны.
— Похоже, это и есть нужный нам проход, — тихо заключил Искатель, заглядывая в дыру.
— Или это сточная яма, — отвечал монах. — Хотя вряд ли сточную яму будут охранять. Решетки на сливе было бы достаточно.
— Именно, — кивнул маг. — Диани, воспользуйся заклятьем шестого чувства, попробуй определить, сколько там человек.
Девушка кивнула, принимая происходящее за очередной урок.
— Там два мерсинца, — наконец произнесла она, после минуты поисков в темноте. — Ощущаю два сознания, оба усталые и сердитые, им не по душе охранять эту сырую яму.
— Хорошо, — похвалил чародей, ответ девушки полностью совпадал с наблюдением самого Искателя. — А теперь вспомни то заклинание, которое ты использовала, усыпляя охранников в Сером Бастионе, в тюрьме под замком. Только используй исправленное окончание третьего слова Истинного языка, это сделает чары более эффективными и быстрыми.
Хлебушек кивнула, сосредоточилась на целях внизу, четко и тихо проговаривая каждое слово непростого заклятья, овивая мысленно символы окружающей магией, будоража и направляя ее.
Сначала стражники почуяли неладное, четко было слышно, что они начали переговариваться, махать факелами и пугаться собственных теней. Но вскоре пятна света остановились на одном месте, а спустя еще пару повторений заклятья, из "колодца" послышался мерный и мощный храп.
Диани заулыбалась, гладя свои серебряные волосы.
— Хорошо справилась, — отметил Ликориан. — Но всего одно успешное заклинание еще не повод гордится собой.
— Я смеюсь не поэтому, — надула губки девушка, глядя прямо в зеленые глаза учителя. — Просто даже этот могучий храп, что мы слышим снизу, не затмит твоего.
— О! — протянул монах, включившись в беседу. — О храпе Вимаса давно уже ходят легенды по всем королевствам. И если в магии его, возможно, кто-то и может обойти, то уж в мастерстве глубокого сна он абсолютный чемпион!
— И объединились они, дабы насмехаться надо мной, — печально и на распев протянул Ликориан. — Ладно, тоже мне друзья называется. Кто первый полезет в яму?
— Ты! — хором, не сговариваясь, выдохнули Диани и монах.
Ликориан пробурчал несерьезные ругательства, однако сбросил в яму посох. После чего быстро и ловко спустился по веревке вниз.
В просторной каверне было на удивление сухо. Небольшой камин, чей дымоход уходил куда-то в стену, давал много тепла и перебивал запах гнили. Было понятно, что яма была постоянным и прибыльным источником дохода и местом "службы" ушлых наемников, иначе они бы не постарались так обжить её. Оставалось лишь загадкой, как капитан Мирабас и верные ему люди не находили этого контрабандного логова. Возможно, глава гарнизона был в доле. А быть может, эти мерзкие катакомбы были настолько неприятным местом, что спускались сюда только те, кто знал о скрытом проходе.
— Хорошо устроились, — оценил Иникай, оглядев "пещеру". — Камин, стол, кровать, еда и выпивка!
— Ремесло незаконного перевода торговцев через границу — занятие прибыльное, — отвечал Ликориан, поднимая со стола бутылку и по аромату определяя сорт вина. — Хм, даже пойло — и то отличное. И почему эти двое были недовольны своим караулом?…
— Людям всегда и всего мало. Вышний не знал наших пороков, когда спасал людей, иначе кости наших предков так и остались бы в умирающем мире.
— Аспарок и сам является не лучшим проявлением бога, как и церковь его имени, — заверил Вимас друга.
— Какая ересь! — картинно изумился брат Иникай, не менее карикатурно вскидывая руки. — Ты не почитаешь Вышнего нашего?!
— Не особо, — пожал плечами Искатель. — Аспарок был спасителем человечества, но не безгрешным. Так и церковь его похожа на своего идола: требует неукоснительного соблюдения ритуалов, обязательного утреннего поклонения и платы пошлин каждый месяц на "благое дело", даже если у крестьян нечего есть. Поэтому мне более близка вера в Незримого. Адепты этой церкви проповедуют добро и невмешательство, не требуют к себе особого отношения, подчинения и платы.
— Аспарок покарает тебя за эти слова, — странно заулыбался монах. — Но я, силой данной мне Вышним, прощаю тебе эти и будущие грехи!
