Проглядывая фотографии в третий раз, Гарри вдруг заметил Драко. Правда, стоило ему всмотреться попристальней, как он понял, что юноша-блондин на фотографии – не Драко, а Люциус, в возрасте нынешнего Драко, или чуть старше. Люциуса Малфоя окружали несколько парней и одна девушка, а он явно был лидером группы. Все смотрели на него не только тогда, когда он говорил, но и тогда, когда сами говорили что-то, будто ожидая его реакции на сказанное.
От звука чьих-то шагов Гарри подпрыгнул. Повернув голову, он увидел Гермиону.
– Смотришь? – спросила она.
– Я предпочел бы заняться этим в одиночестве, если не возражаешь.
Гермиона, не обратив никакого внимания на его слова, подошла ближе и заглянула Гарри через плечо:
– Кто это?
– Будущие Пожиратели Смерти, – ответил Гарри, снова глядя на снимок и припоминая, что именно так называл их Джеймс. – Видишь, это Люциус Малфой, а это, наверно, Беллатрикс – или она была младше? Я точно не помню.
– И чего ты на них смотришь?
– Потому что я увидел Драко, – негромко рассмеялся Гарри.
– Но это…
– Я знаю, – Гарри снова посмотрел на блондина и увидел, как тот откидывает волосы назад, в точности, как Драко перед тем, как сказать какую-нибудь резкость. – Так странно. Неуютно как-то, что ли…
– Даже мне это как-то дико, а ведь мне он совсем не нравится, – согласилась Гермиона и взглянула на разложенные в ряд фотографии. Гарри уже открыл было рот, чтобы попросить ее уйти, как в дверях появился Рон.
– Привет, – неуверенно сказал он.
– Я сейчас, Рон, – отозвалась Гермиона и указала на фотографии. – А это что за снимки?
– Фотографии, снятые в последние годы учебы моих родителей, – торопливо ответил Гарри. – А теперь, если не возражаешь…
– А зачем ты их так разложил?
– Хочу проверить, не появится ли на них кто-нибудь еще.
– Так вот почему Рон столько времени разглядывал каждую фотографию, – хлопнула себя по лбу Гермиона.
Рон был явно сбит с толку. Гарри зашелся смехом: – А ты на каждую только один раз смотрела?
– Я просто не подумала об этом!
– Вот оно что.
– Ой, – Гермиона выдернула одну из фотографий. – Смотри, тут твоя мама!
Гарри перевел глаза на снимок и действительно увидел свою маму… с Северусом. Гарри попытался, чтобы голос звучал ровно и протянул руку: – Можно посмотреть? – даже отсюда он мог видеть, как Северус начинает обнимать Лили…
– Погоди-ка. Я уже видела этого парня на… профес…?! – Гермиона резко смолкла и впилась в Гарри взглядом.
– Гермиона, пожалуйста, – в отчаянии вскричал он. – Лучше…
– Сними очки, – приказала Гермиона. – И распусти волосы.
– Оставь меня в покое, пожалуйста, – процедил Гарри сквозь зубы.
– Сними очки!
– Гермиона, пожалуйста!
–
Гарри попытался перехватить очки, но они уже влетели в руку Гермионы. Он резко взглянул на нее, хоть и понимал, что этот взгляд делает его еще больше похожим на Северуса. Теперь это уже не имело значения. Все вокруг расплывалось, словно смотришь сквозь залитое водой стекло. Гарри протянул руку.
– Будь любезна, верни мои очки, – холодно сказал он, с легкостью выдернул их из онемевших пальцев Гермионы, прищурился и велел: – Идем, – а потом обернулся к Рону: – Ты тоже.
С этими словами Гарри развернулся и выскочил из комнаты, бросив назад лишь один взгляд, чтобы убедиться, что Рон и Гермиона следуют за ним.
К тому времени, как они дошли до пятого этажа, ярость Гарри немного улеглась, но он все равно не смотрел на Гермиону, опасаясь не выдержать и сорваться. Он отчаянно вышагивал взад и вперед по коридору, мечтая лишь о том, чтобы перед ними возникло уютное спокойное место, где можно без помех поговорить с друзьями, и уже потерял было надежду, когда перед ним наконец появилась дверь. Облегченно вздохнув, Гарри потянул дверь на себя.
– Опять твое богемное убежище, – заметила Гермиона, когда они вошли в небольшую комнату, заставленную кушетками и освещенную лишь волшебными фонариками.
Гарри неприязненно взглянул на нее, но удержался от резкого ответа. Вместо этого он наложил Заглушающее заклятье на саму дверь и на косяк и на щель под дверью. После этого пришел черед потолка и пола. Закончив, Гарри повернулся к друзьям:
– Вы никому не передадите то, что я вам скажу сейчас, и даже не упомянете об этом в незащищенном месте.
– Хорошо, дружище, – поспешно согласился Рон, глядя на Гарри так, будто тот окончательно лишился рассудка.
– Я абсолютно серьезно. Не говорите об этом ни со мной, ни между собой ни в коридорах, ни в гриффиндорской гостиной, ни даже в пустой комнате, если нет заглушающего заклятьями. Стоит Волдеморту узнать то, что я расскажу вам, он с легкостью разрушит мою защиту и убьет меня, – Гарри торопливо вдохнул. – Я уже не говорю о том, что он убьет Северуса и сможет повредить работе Ордена.
– Северуса? – недоуменно переспросил Рон. Гермиона угрюмо кивнула и опустилась на кушетку, сцепив руки на коленях. Рон плюхнулся рядом с ней.
– Профессор Снейп – мой отец.
Поначалу Гарри показалось, что друзья восприняли эту новость достаточно спокойно. Но потом…
– Я убью его! – взвыл побагровевший Рон. Побелевшая как смерть Гермиона все еще хранила молчание.
