Трент был магом, и магом немалой силы. Ему сейчас очень бы хотелось дотронуться до живота Эстеллы и проверить, чей он, этот нерожденный ребенок. Свою кровь он бы узнал, это несомненно. И если это правда… тогда нужно что-то решать. Нужно забирать ребенка любыми средствами. С Этьеном договориться не проблема, он поймет. Или нет? Что сказать? Извини, племянник, но твоя невеста беременна от меня, и я хочу сам воспитывать мою дочь?
Или еще глупее: я забираю твою невесту. Выкручивайся как хочешь.
Трент тяжело вздохнул, встречаясь взглядом с испуганными темными глазами. Фыркнул тихо и понес девушку в замок.
“О, как ты хорош, Элрис!”
Эта фраза настойчиво билась в моей голове, пока я украдкой разглядывала плотно сомкнутые губы мужчины, что нес меня на руках, словно я и не весила ничего.
Эти глаза — серые словно пасмурное небо! Эти темные кудри! Ему давно пора стричься, военным нельзя так небрежно относиться к прическе!
Элрис, его зовут Элрис. Генерал Трент.
Конечно, я знала, кто он. Все знали генерала Трента. Самый удачливый из командиров. Мой отец погиб во время десятилетней войны с Валлией. Рий Роймуш выжил, но вернулся инвалидом и протянул недолго. А этот не проиграл ни одного сражения. Он вместе с его величеством подписывал мирный договор. Он же отпустил пленных — не посоветовавшись с королем. За что был осужден и сослан куда-то в приграничье.
Я всегда думала, что генерал — ровесник отца, если не деда. Но он моложе. Сколько же ему было, когда началась война?
— Не притворяйтесь, рия, я вижу, что вы очнулись.
— Сколько вам лет? — вырвалось у меня.
— Тридцать семь. А вам?
— Двадцать три.
Не такая уж и большая разница, если подумать. Очень даже удобная. Мне всегда нравились мужчины постарше.
Война закончилась семь лет назад. Ему было всего тридцать. А когда началась… Ох! Ровесник Фредди, совсем юный! Неудивительно, что он выглядит старше своих лет! И седина эта на висках, она ведь не от старости появилась! Мне нестерпимо хотелось потрогать его волосы, но я удержалась. Пожалуй, не стоит злить беднягу еще больше.
Меня бережно опустили на диван в гостиной. Я томно прикрыла глаза и тяжело задышала, хватаясь за грудь. Фредди тут же засуетился вокруг.
— Ты в порядке, милая? Нигде не болит?
Я не обольщалась: он беспокоится, как бы я не потеряла ребенка. Не дождется! Я точно знала, что с моей дочкой все будет хорошо.
— Я испугалась ваших споров, — честно призналась я. — Это совершенно невыносимо! Как вы можете обсуждать, кому достанется еще не рожденное дитя! Стыдно, рии, стыдно!
Заплакать бы, но слез не было. Поэтому я поднялась во весь рост, свысока оглядела растерявшихся мужчин и заявила:
— Нынче никаких ссор. Все договоры — завтра. Прошу, господа, оставайтесь на ночь, будьте нашими гостями.
Фредерик скрипнул зубами, прекрасно понимая, что я натворила. Гости — священны. Мои слова слышали не только слуги — им-то можно заткнуть рты. Мои слова слышала наша магия. И теперь если он попытается сделать что-то дурное, то получит такой откат!
Так ему, дураку, и надо.
— Встретимся за ужином.
И я гордо покидаю поле сражения, ощущая себя несомненной победительницей.
Разумеется, потом меня ждет очередная истерика брата.
— Что ты наделала?
— Предотвратила очередной скандал, конечно же, — невозмутимо отвечаю я, расчесывая волосы.
Я сижу перед зеркалом в своей спальне, а Фредди мечется за моей спиной, как волк в клетке.
— Ты все испортила!
— Это ты чуть не испортил. Этьен — менталист, забыл? Он легко и просто может заставить тебя подписать любые бумаги, а его дядюшка преспокойно закроет на это глаза.
— Он не посмел бы!
— Уверен? Это — генерал Трент! Он ослушался самого короля. К тому же ты сделал бы то же самое, если бы мог.
Фредди замолкает. Ему невдомек, что не все — такие как он. Что для некоторых людей честь и достоинство — это не пустой звук.
— И что нам теперь делать? — растерянно спрашивает он меня.
— Ждать до утра, — пожимаю я плечами. — Только молю, никаких ужинов. Пусть риям принесут еду в спальни. Всем нужно остыть и подумать. И подготовь новый договор. Или придумай, чем еще можно моего жениха шантажировать.
Я-то теперь знала, на какие точки давить. Но даже не подумаю рассказывать об этом брату. Мне куда удобнее иметь дело с умницей Этьеном, чем с Фредди.
— Я распоряжусь об ужине, — сдается брат. — Рий Трент просил приготовить ему ванну. Может быть, ты смогла бы… По праву хозяйки?
Он замялся, а я округлила глаза. Серьезно? Он посылает меня, молодую женщину, помогать мыться гостю? Нет, обычай этот очень стар. Испокон веков хозяйки замка прислуживали самым дорогим гостям в купальнях. Именно там решались деликатные вопросы о том, кто согреет для гостя постель. Но сии времена уже в прошлом, рий Трент и сам в состоянии соблазнить любую горничную, если пожелает. Мне вовсе не придется кому-то приказывать…
— Да, я схожу, — нахмурила я брови. — Думаю, что подобный знак почтения он воспримет благосклонно.
Фредерик расплылся в улыбке, даже не подозревая, что я нервно сжимаю колени и прячу вспыхнувшие щеки за волосами.
