Комендант провела меня по большому двору, распахнула двери главного здания, держа меня за руку, буквально протащила по коридорам и нескольким лестницам. Я же не могла отогнать воспоминание о недавнем лечении, об опустошающем ощущении уходящей из-под моих ладоней в небытие жизни. Ужасное чувство, пробирающее безысходностью и глухой болью так, что ломило кости. Совершенно не соображала, куда иду и что делаю. Только послушно позволяла женщине направлять себя.
Она замерла перед незнакомой дверью с бронзовой ручкой в виде грифона, подающего для пожатия лапу. Εе ладонь сжала когтистую лапу, спустя несколько ударов сердца заклинание распознало коменданта и позволило ей войти.
— Подождите лорда ректора здесь, — велела женщина и, нерешительно, словно боялась меня обидеть, добавила: — Просто посидите в кресле. Не трогайте ничего.
Οна пропустила меня в комнату и закрыла дверь.
Личный кабинет лорда Адсида отличался от рабочего, расположенного рядом с секретариатом, богатством убранства и большой библиотекой. У стен стояли высокие шкафы, заполненные книгами с блестящими новыми и потускневшими старыми, даже древними переплетами. Из-за затемненного стекла дверец названия фолиантов были видны плохо. По скругленной с одной стороны форме комнаты становилось ясно, что покои ректора располагались в одной из башен древнего замка. Выглянув в окно, в свете фонарей я увидела черные деревья и расходящиеся от центральной аллеи дорожки университетского сада. Жаль, что сейчас ночь и дождь. Вид наверняка открывается прекрасный.
После пробежки по двору, коридорам и лестницам было жарко, да и теплолюбивый лорд Адсид свои комнаты отапливал хорошо. Я расстегнула плащ, а потом и вовсе сняла его, перекинув через руку. У тяжеловесного стола из темного дерева стояло гостевое кресло. На вид менее удобное, чем обтянутое зеленоватой с золотыми прожилками тканью высокое кресло ректора. На столе лежали какие-то бумаги, стояла красивая малахитовая чернильница, рядом ожидало хозяина золотистое металлическое перо тончайшей работы.
Я села в жесткое гостевое кресло и тут увидела себя в стеклянной дверце. Вначале не сообразила, что это отражение, и испугалась. Бледная девушка с распущенными черными волосами подозрительно напоминала призрака. Впечатление усиливали светлая ночная сорочка и большие серые глаза, кажущиеся в отражении мутными, как туман. Любоваться нелицеприятным видом не стала. Снова надела и застегнула на все пуговицы темно-синий с серебряным шитьем плащ Дрены, поправила на плечах отороченный белым мехом капюшон. Лучше умереть от жары, чем сходить с ума от стыда и смущения, оттого что оказалась в комнатах красавца-ректора, мечты студенток, в одной только ночной сорочке!
Ждать мне пришлось долго. Схлынувшее напряжение превратилось в слабость и сонливость, накопившаяся за последние дни усталость замедляла мысли. Подперев правой рукой щеку, я задремывала, что, учитывая поздний час и растрату резерва, было совершенно неудивительно.
Щелкнул замок. Я встрепенулась, вскочила, присела в поклоне перед вошедшим лордом Адсидом. Мрачный эльф сделал мне знак выпрямиться, молча снял подбитый мехом серый плащ, повесил его на вешалку у входа.
— Присаживайтесь, госпожа Льяна, — велел ректор, заняв свое кресло.
Я повиновалась. Начинать разговор он не торопился, хмурился, взглядом со мной не встречался. Наблюдая за тем, как лорд вертит в руках золотое перо, не удержалась от вопроса.
— Как госпожа Дрена?
Маг бросил на меня короткий взгляд.
— Плохо. В себя не пришла, но господин Иттир утешает, что она с большой долей вероятности все же выживет.
Нет, не на такой ответ я надеялась. Пальцы снова задрожали, волной накатил противный липкий страх, вернулось щемящее ощущение уходящей из-под ладоней жизни.
— Γоспожа Льяна, — жестко и требовательно заговорил лорд Адсид, — вы должны шаг за шагом рассказать мне, что делали и что видели в этот вечер. Предельно честно и подробно.
Я кивнула и начала рассказывать.
— Конфеты? — насторожился ректор.
Его напряженность была такой явной, что и у меня заколотилось от волнения сердце.
— Да, те, что вы подарили.
— Я ничего не дарил, — отрезал лорд Адсид. — Почему вы решили, что конфеты от меня?
— Там было письмо с вашей подписью, — разом оробев, объяснила я.
Он вскочил, несколько раз нервно прошелся вдоль книжных шкафов. Коротко приказав ждать его возвращения, схватил свой плащ и едва ли не выбежал из кабинета.
