— Да, мой лорд, если позволите, — нарушил тишину низкий голос леди Цамей. — Вы сказали, что уже завтра все встретятся с Его Высочеством. Пока тех, кому не запретили свидание, восемь. Даже если принц уделит каждой всего полчаса, то очень сомнительно, что он сможет составить о каждой достаточное для выбора мнение.
— Я понимаю ваши опасения, леди Цамей, — заверил сиятельный ректор. — Завтра состоится общая встреча, где всех допущенных девушек представят Его Высочеству. Место для этой встречи выбрано на земле университета, но настолько неофициальное, насколько возможно. Все стороны заинтересованы в том, чтобы и невесты, и принц могли раскрыться, чувствовали себя свободно. Это создаст притяжение даров, которое интересует Видящую больше всего.
— Но как можно почувствовать притяжение даров за короткую встречу, когда рядом так много других сильных одаренных? — со слезами в голосе спросила леди Кенидия, обладательница самой слабой магической шестерки.
— Вы правы, — благожелательно улыбнулся лорд Адсид. — Это очень сложно. Поэтому за первой встречей последуют и другие. Каждая из допущенных девушек проведет с Его Высочеством почти целый день. При этом совершенно необязательно ограничивать место встречи только университетом. Прогулка по городу, посещение театра, приглашение в дом родителей или в уютную чайную — любой вариант допустим. Главное, чтобы невеста и жених получили возможность насладиться обществом друг друга.
Никаких двусмысленных интонаций ректор в этот раз себе не позволил, но в них не было необходимости — девушки, судя по взглядам, многое додумали сами.
Больше вопросов не возникло, и лорд Адсид пригласил всех пройти на арену.
В этот раз, учитывая напряженную обстановку, маги, сопровождающие девушек, еще в коридоре создали заслоны между участницами. Нарочито, показательно, видимо, чтобы сразу отбить охоту устроить перед испытанием обмен любезностями.
Наблюдающие, эльфы-послы и лекарь Иттир сидели на трибунах, а лорд Фиред и в этот раз решил лично приветствовать невест. Обходительный дракон улыбался тепло и подбадривающе. Словно искренне желал каждой удачи. Εго природное обаяние почти затмевало воспоминание о том, что именно лорд Фиред настоял на дальнейшем участии леди Ветты и леди Рессиды в отборе. Но неприятный осадок остался, и в каждом слове пожилого дракона мне чудилось второе значение. Возможно, поэтому я подмечала, что не только лорд Адсид, но и некоторые королевские наблюдающие следили за действиями и высказываниями посла с настороженностью.
От волнения колотилось сердце, участилось дыхание, и я, стискивая в руках коробку с маской, почти не слушала приветственных слов лорда Фиреда и последних наставлений ректора. Он повторял свои указания о том, что безымянность масок нельзя нарушать разговорами или иными путями, а потом взял из рук наставника по боевой магии знакомый мешочек с пронумерованными дощечками.
— Учитывая то, что одна из участниц вчера нарушила безымянность, но лорд Фиред от лица Владыки Талааса милостиво не отстранил ее от следующего испытания, сегодня вы будете показывать свои умения в другом порядке, — предлагая ближайшей девушке вытянуть из мешка дощечку, пояснил сиятельный ректор.
Бесстрастный голос лорда Адсида успокаивал меня, но недостаточно. Я по-прежнему сторонилась дракона — он казался мне холодным и скрыто опасным. Большая снежинка на его груди поблескивала серебром и из-за установленных на арене факелов хищно отсвечивала красным. Я постоянно чувствовала на себе взгляды леди Ветты и леди Рессиды. Девушки встали так, чтобы все время видеть меня, и их насмешливые, презрительные ухмылки раздражали.
Минуты в ожидании момента, когда лорд ректор предложит мне достать оставшийся в мешочке номерок, тянулись бесконечно. Волнение сводило с ума, и в попытке совладать с чувствами, я посмотрела на зрителей.
Мое внимание привлекла женщина, до того державшаяся как-то в стороне от остальных. Сегодня она сидела рядом с матерью леди Сарэт, и различие в происхождении этих двух эльфиек бросалось в глаза.
Аристократическое лицо вдовы казалось ещё более утонченным и изящным в сравнении с крупными чертами заинтересовавшей меня женщины. Она явно была северянкой. Смуглая кожа, пухлые губы, сильно вьющиеся иссиня-черные волосы, туго перехваченные золотыми лентами. На вид она была немногим старше лорда Адсида, лет сто пятьдесят-сто шестьдесят, но вместе с тем создалось исключительно странное ощущение, будто северянка была в то же время старой, даже древней. В миндалевидных глазах читались живое любопытство и ум, и я сожалела о том, что не могла без помех прочувствовать дар незнакомки — мешало множество находящихся так близко даров наблюдающих. В том, что магическая десятка Видящей красива, сомнений не было.
Верховный судья, кавалер ордена Абарута безмолвно протянул мне мешочек с дощечкой. Я надеялась, что получу один из первых номеров, но не повезло — с ладони на меня глядела десятка. Придется томиться ожиданием дольше всех.
