От этого хотелось сорваться с места, сбежать из комнаты, забраться в горячую мыльную воду и долго смывать с себя мысли, догадки. Хотелось плакать не таясь, хотелось, чтобы кто-нибудь утешил и сказал, что я надумала лишнее, сделала неправильные выводы, что действительность все же не так ужасна…
Я прикусывала губу, следила за дыханием и благодарила небеса за то, что мне не нужно смотреть в лица девушкам, общаться с ними. Пожалуй, впервые обрадовалась маске с неживым, застывшим выражением — она скрывала прожигающую душу обиду и старательно сдерживаемые слезы.
Задание по травоведению было простым для той, кто прожил почти всю жизнь на границе пустыни. Требовалось определить ядовитые растения и лекарственные, разложить их на две кучки и не поддаться на уловку с тарраковым клубнем. Сам клубень был отличным лекарством от кашля, а отвар его ядовитых листьев использовался для борьбы с вредителями на полях. Отрезав листья магией, чтобы на руки не попал едкий сок, заметила взгляд лорда Адсида. Из-под бесстрастной маски следящего за испытаниями Верховного судьи проглядывало одобрение.
Лечебный артефакт, сделанный по аролингской формуле, забрал ожидаемо много сил, хоть и не тянул их из меня так, как вчерашняя иллюзия. Я склонялась к выводу, что все чужеземное волшебство было рассчитано на драконов и их дары. Если они, как и магия лорда Фиреда, превосходили магическую десятку ректора, то, возможно, растрат на формулы они и не замечали. Учитывая постоянное стремление магов сократить расходы волшебства, несколько странное предположение, но другого объяснения пока не было.
Потом мне предложили буквально поиграть с огнем — погасить и вновь зажечь факелы, перебросить огонь с одного на другой. Упражнение на концентрацию внимания и разумный расход силы неожиданно превратилось в зрелищный парный танец. Лорд Фиред вмешался в какой-то момент. Судя по тому, что раздражения опекуна я не почувствовала, этот ход посла был оговорен заранее.
Более темное и неизъяснимо мужское пламя дракона словно заигрывало с моим. Вилось вокруг, осторожно касалось, окутывало дымом и призывно перескакивало на другой факел. Будто приглашало последовать за ним. Предположив, что выполнение задания важней, чем пляска дуэтом, я шла за чужим огнем только, если это было выгодно мне, когда факел, на который он перепрыгивал, оказывался соответствующего номера. Вольность, танец с поджидавшим меня на последнем факеле огнем, я себе позволила только в конце. Когда задание было выполнено. И то лишь потому, что не хотелось случайно настроить против себя лорда Фиреда.
Сердечный дракон с восторженной улыбкой поблагодарил меня за участие в испытаниях и поздравил с их окончанием. Сдержанно поклонившись, я молча ушла вслед за лордом Тассием.
В комнате отдыха леди Рессида и Ветта вновь отсутствовали, а напряжение заметно спало, несмотря на явно продолжительное молчание. Девушки, как и я, были истощены заданиями и не хотели тратить оставшиеся силы на ссоры и выяснение отношений. Сняв маску, я устроилась подальше ото всех у стола с закусками. В этот раз заговаривать со мной никто не стал. К лучшему. Не знаю, как бы выдержала беседы с этими лицемерками.
Лорд Адсид, сопровождаемый двумя отчисленными леди и лордом Фиредом, вошел в комнату отдыха через полчаса. Приглядывающие за претендентками наставники по боевой магии в тот же миг значительно усилили щитовые плетения вокруг каждой.
Сиятельный ректор был величествен и отстранен, дав послу возможность вести разговор. Тот, снова благодаря всех за участие и заверяя, что каждая из невест показала себя с наилучшей стороны, излучал радость. Красивое лицо пожилого дракона омрачилось сожалением, когда он заговорил о необходимости осмотра.
— Уверен, леди и госпожи, вы все понимаете, насколько важен для обеих стран этот отбор. Исключительно поэтому мы вынуждены провести не только оценку состояния здоровья, но и освидетельствовать непорочность, — лорд Фиред вздохнул, словно это решение стоило ему нескольких бессонных ночей. — Досточтимый господин Иттир уже все подготовил и осмотрит вас сегодня же.
Поразительно живая для аристократа и дипломата мимика, тон, жесты едва не кричали о том, что аролингец, как и девушки, стал жертвой обстоятельств, вынужденной принять определенное решение. Добавленная в конце просьба о прощении, видимо, должна была смягчить сердца оскорбленных недоверием невест и предотвратить скандал. Εго лорд Фиред боялся зря. Во-первых, потому что лорд Адсид уже подготовил почву. Во-вторых, потому что истощенные затратным волшебством девушки стали безучастными. Три дня испытаний, три дня вычерпывания резерва ни для кого не прошли даром. Магические шестерки едва не валились с ног от усталости, осоловело глядя на чужестранца. Семерки чувствовали себя лучше, но не настолько, чтобы тратить силы на попытки предотвратить неотвратимое.
