Заглянув в карие глаза открытого и искреннего жениха, в который раз порадовалась выбору Видящей и укорила себя за сомнения, за подозрительность. Частично они были обусловлены настороженностью лорда ректора. Нужно как можно скорей избавиться от его влияния на меня! Хорошо, что действие «Семейного спокойствия» скоро закончится, а бесед с лордом Адсидом, пытающимся настроить меня против жениха, можно избегать. В крайнем случае придется останавливать ректора, указывать на недопустимость обсуждения определенных тем. К счастью, недолго осталось потерпеть, какую — то неделю до отъезда из столицы.
Остаток вечера запомнился не слишком отчетливо. Его Высочество за нас обоих принимал поздравления, я бездумно стояла рядом, большим пальцем прижимая глубокий порез на указательном. Повезло, что кровь не текла, но от боли ныла вся рука до плеча, а лечиться я не могла. При других обстоятельствах я бы поборола неловкость и исцелила бы себя на глазах у стольких, но сложность заключалась в многочисленных охранных и предупреждающих артефактах, которые носили гости и правитель. Каждый из таких зачарованных предметов обладал собственным полем влияния. Эти поля наслаивались друг на друга, взаимодействовали с плетениями, подавляющими волшебство в зале. И хоть в состоянии покоя все сосуществовало в гармонии, я не бралась предсказать, как эти перехлесты могут исказить заклинание.
Странно было понимать, что ни будущего супруга, ни его советника так же, как и кедвосцев, вообще не посещала мысль, что мне могла понадобиться помощь. Единственным исключением стал лорд Адсид, и объяснялось это не «Семейным спокойствием», которое опекун на время приема заблокировал, а наблюдательностью и сопереживанием. К сожалению, ими были одарены не все. Τак леди Арабел, уводя меня от принца под предлогом обсуждения свиты, крепко взяла меня за поврежденную руку.
Видящая, в нарочито беззаботные слова которой я не вслушивалась, вывела меня из зала и пригласила на балкон. Остановившись рядом с ней, нe сразу заметила ожидавшего в тени колонны лорда Адсида. Он коротко поблагодарил женщину, и она отошла на несколько шагов, оставив нас наедине.
— Вы почти не шевелите рукой, — без обиняков начал лорд Адсид. — Почему?
Его тон, по — деловому сухой и бесстрастный, меня не обманул — я чувствовала тревогу опекуна и ставшее привычным за последние дни глухое раздражение. Оттого и призналась, в который раз укоряя себя за несправедливые мысли о необходимости прекратить общение с ним. Я связывала их появление с влиянием аролингцев, хотя восторгающаяся драконами часть сознания это всячески отрицала.
— Порез довольно глубокий, — пробормотала в ответ.
— Покажите, — велел лорд ректор.
Я покорно подняла руку и разомкнула пальцы. Потревоженная ранка, оказавшаяся ещё более длинной и глубокой, чем думалось, тут же начала кровоточить. Магистр сердито нахмурился и прошептал что — то неразборчивое, подзрительно похожее на ругательство. Это удивило даже больше поведения леди Арабел, которая, судя по всему, готова была выдворить с балкона любого. Интересные все же отношения у двух сильнейших магов Кедвоса.
Лорд Адсид вытянул над моей рукой раскрытую ладонь, с которой тут же сорвалось прощупывающее заклинание. Опекун несколько мгновений прислушивался к отклику волшебства.
— Он порезал вас чуть не до кости, — зло объяснил мужчина и очень тихо, так, что бы не слышала Видящая, добавил: — Я не могу вас касаться, а здесь много фоновых плетений. Поэтому будет сильно щипать.
Я кивнула и поблагодарила за заботу. Он не посмотрел на меня, только сосредоточился на лечебном волшебстве. Его ладонь сияла золотом, на моем пальце распускался цветок целительного заклинания. Несмотря на ощутимое жжение в пальце, боль, как и онемение в кисти, уходила. Порез затянулся и исчез без следа.
— Спасибо, лорд Адсид, — надеясь встретиться взглядом с опекуном, я радовалась отголоскам медового дара и с удовольствием вдыхала дымный аромат духов так близко стоящего ко мне мужчины.
— Ρад помочь, — по — прежнему мрачный ректор взгляда в глаза избегал, а вопрос прозвучал жестко: — Τакой серьезный порез наверняка очень кровил. Почему этого не было видно?
— Кинжал впитал, — тихо объяснила я.
Он не ответил, но это было и не нужно — меня обдало волной его ярости. Лорд Адсид скрестил руки на груди, черты красивого лица стали в мгновение ока такими ожесточенными, будто этот эльф был готов убивать. Здесь и сейчас.
Считанные мгновения напряженной тишины понадобились ему, что бы совладать с собой. Да, он все еще не смотрел на меня, но красивый баритон прозвучал так спокойно, будто не было бури в сердце лорда Адсида, будто красные и черные языки его злости не изменяли медовый дар до неузнаваемости.
— Вернитесь, пожалуйста, в зал. Вам нельзя долго отсутствовать.
Я снова поблагодарила и поспешила уйти вместе с Видящей, бросившей задумчивый взгляд на моего взбешенного опекуна.
