Тем не менее некоторые подозревали, что те по-прежнему оставались иудеями, и пытались извлечь из этого выгоду в собственных целях. Многие христиане в Европе считали иудаизм неразрывно связанным с оккультными силами и могущественной магией. Например, Пико делла Мирандола, христианский мыслитель и оккультист, живший в XV веке, утверждал, что самым могущественным языком в мире является иврит, поскольку именно на нем Бог обращался к Адаму и Еве. Еврейский мистицизм, возникший в XII веке в виде Каббалы, впоследствии почитался как экзотическая и древняя форма магии. Многие христиане отчасти фанатично верили, что большинство евреев обладают знаниями о сверхъестественном, поэтому отсылка к человеку, который «родился евреем» (и предположение, что его переход в христианство был лишь прикрытием), придавала больший вес утверждениям Уисдома. Незрячесть практикующего наделяла его дополнительным авторитетом: слепота издавна ассоциировалась с более тонким восприятием мира духов. Если слепой еврей, владеющий оккультными искусствами, утверждал, что где-то зарыты сокровища, Генри бы в это поверил.
Было ли дело в убедительном источнике Уисдома или в количестве денег, которые он обещал, но Генри не сомневался, что стоит попробовать. Он выдал 20 ноблей (около 3 фунтов 13 шиллингов) на расходы, и в день Нового года Уисдом и Ниниан отправились на север. Через три недели Ниниан вернулся один и с пустыми руками. Они снесли крест и раскопали место, где должны были быть зарыты деньги, но ничего не нашли. Уисдом, опасаясь буйного нрава своего клиента, отказался возвращаться с плохими новостями. В этот момент можно было бы ожидать, что Генри полностью откажется от авантюр мага. Но у Уисдома имелся еще один план, как раздобыть деньги, самый рискованный и всерьез грозивший всем причастным лицам смертной казнью.
Истинный образ странствующего еврея, проезжавшего через Брюссель. Филипп Якобус Бреполс
Дав Генри несколько недель на то, чтобы остыть, в первую неделю Великого поста Уисдом и Ниниан снова обратились к нему. По всей видимости, они прибыли в Вестминстер, где Невилл тогда играл в теннис, ставший особенно популярным во время правления Генриха VIII, так как, возможно, Уисдом не был уверен, что его впустят, если он отправится непосредственно к Невиллу домой. Так или иначе, Уисдом утверждал, что у него есть окончательное решение всех бед молодого лорда, и предложил убить жену Генри. По его мнению, жили они без любви, а леди Энн была достаточно благочестивой женщиной, чтобы сразу попасть на небеса. Это пошло бы на пользу им обоим и позволило бы Невиллу снова жениться: по собственному выбору, на том, кого он полюбит и кто принесет приличное приданое. Возможно, Уисдом планировал предложить любовное заклинание, чтобы подобрать подходящую невесту.
Важно помнить, что в этой истории мы опираемся на показания Генри Невилла, которые он давал в тюрьме в 1546 году, где находился за попытку убийства. В документе утверждается, что Генри пришел в полный ужас от такого предложения и не дал на него добро. Возможно, так оно и было, но тогда кажется странным, что он еще два раза встречался с Уисдомом, по-видимому случайно, сначала в Мургейте, а затем в Мурфилдсе. Это само по себе подозрительно. Мурфилдс, как следует из названия[114], был болотистой местностью за стенами Лондона. Он выходил за пределы непосредственной сферы влияния местных властей: хотя теоретически к XVI веку район управлялся Лондоном, на практике за городской чертой контроля, по сути, не было. Кроме того, здесь располагалось известное пристанище нищих и пациентов Бетлемской психиатрической больницы. Таким образом, это было не то место, где обычно проводил время молодой аристократ, если только он не пытался остаться незамеченным.
Это наталкивает на мысль, что встреча была не случайной, а организованной заранее. Вот почему кажется очень маловероятным, что Невилл отверг предложение Уисдома в Вестминстере — не в последнюю очередь потому, что, когда они встретились в Мургейте, Уисдом сообщил, что волшебство уже свершилось. Он наложил заклятие, чтобы убить и Энн Невилл, и отца Генри, сэра Ральфа. Наследство не только принесло бы Генри финансовую свободу, но и сделало бы его гораздо более привлекательным женихом: учитывая эти обстоятельства, кажется правдоподобным, что он заказал смерть своих близких. Но, возможно, услышав новость, Генри об этом пожалел. Встреча в Мурфилдсе состоялась на следующий день, и известно, что на нее вместо Уисдома пришел его отец. Вскоре после возвращения домой Генри потребовал от Ниниана помочь ему схватить Уисдома и отдать властям. План состоял в том, чтобы заставить Уисдома во всем признаться герцогу Саффолку в Барбикане, прежде чем в предстоящих убийствах обвинят Невилла.
