– Каждый крутится как может. Билброк живет за счет порта, гостей города и Алькатраса, – произнес эрл Хардман, открывая передо мной дверь. Столовая оказалась просторной и светлой. Солнечные лучи легко проникали через большие окна, скользили по круглым столикам, стенам бежевого цвета. Посетителей оказалось немного. Пожилой мужчин сидел возле окна и пил кофе, шумная семья с двумя детьми, мальчиком примерно лет семи и девочкой-подростком занимали стол в дальнем углу. Три женщины за центральным столом тихо беседовали и наслаждались десертом.
Сыщик повел меня к месту возле окна, рядом с пожилым эрлом.
– Мне нравится Билброк, здесь всегда много света и тепла, как и в столице, – сказал эрл Хардман. Он взял меню, открыл и начал изучать.
– Надо же, боитесь холода и темноты, о великий ищейка , – не удержалась я и поддела сыщика. Мы часто с сестрами подкалывали друг друга и никто не обижался, поэтому реакция эрла Хардмана на мои слова вызвала недоумение. Не ожидала, что задену сыщика, но еще больше не ожидала узнать, что и у такого сильного мага оказались слабые места.
– Если бы вас в детстве часто садили в ледяной погреб без света, любили бы вы холодную темноту? – тихо, но жестко спросил эрл Хардман. Ответить я не успела, к нам подошел паренек и справился о заказе.
– Жареную говядину с овощами, черный кофе и бутерброд с ветчиной и сыром, – сказал эрл Хардман, а я заказала тушеные овощи, салат с копченой курицей и зеленый чай.
– Простите, я не хотела вас задеть, – извинилась я перед сыщиком, когда парень отошел от нас.
– Вам не за что просить прощения, эрлита Вуд. Я вырос в приюте, который находится на севере Реклинеса. Из меня пытались сделать послушного мальчика, а из-за своего упрямства я часто попадал в погреб. Я не люблю вспоминать детство, гораздо веселее мне было в Академии, а потом в Министерстве. Сейчас я работаю сам на себя, живу и делаю что хочу, разве это не счастье, эрлита Вуд? – сыщик улыбался, но в его черных глазах на самом дне плескалась боль. И тут я осознала, что эрл Хардман вовсе не так счастлив, как говорит.
– У каждого свое счастье, – произнесла я, разглядывая в окно центральную дорогу, редкие машины и прохожих. Билброк оказался зеленым городком, в отличие от Дарвела. Раскидистые деревья спасали от жары летом, а весной украшали цветами улицы.
– Какое у вас? – поинтересовался эрл Хардман, и только я подумала, что откровенничать не буду, как клеймо договора напомнило о себе.
– Раньше я полагала, что счастье – это устроиться в Министерство, но после смерти дяди Перси… я поняла, что хочу… мое счастье – это моя семья. Я больше не хочу никого терять, – последние слова я прошептала, склонив голову. На некоторое время наступило молчание, его прервал работник эрлы Фуллер.
– Ваш заказ, эрл, эрлита, – парень поставил на стол тарелки с ароматными блюдами, и я поняла, как проголодалась.
– А как же Министерство? Неужели передумали? – хитро улыбаясь, спросил сыщик. Напряжение, которое витало вокруг, растворилось, как только мы заработали ложками.
– Нет, я хочу устроиться туда работать. Магия зельевара внутри требует развития, и я уверена, что смогу создать много полезных зелий. Они будут делать всех счастливыми, – улыбнулась я эрлу Хардману. Сыщик усмехнулся, а взгляд черных глаз наполнился теплотой.
– Хорошая у вас мечта, эрлита Вуд, и я желаю, чтобы она осуществилась, – произнес эрл Хардман. Я поблагодарила сыщика, а на душе стало тепло, словно солнечный луч направили прямо в мое сердце.
Долгих три дня мы провели в гостинице Билбрука. Я предупредила маму по телефону, что могу задержаться. Она распереживалась, все спрашивала, хорошо ли я устроилась и где. Успокоить маму смог эрл Хардман: «Ваша дочь в полной безопасности, поверьте, я никому не дам ее в обиду. К сожалению, в Алькатрас просто так не попасть, нам остается только ждать. Не переживайте, я уверен, что на этих выходных мы уже вернемся в Дарвел».
Я не могу сказать, что скучала все три дня в Билбруке. Мы гуляли с сыщиком по городу и даже посетили местный театр. Эрл Хардман оказался интересным собеседником и развлекал меня смешными историями, а также страшными легендами. Особенно запомнилась одна про тюрьму. Мы стояли на берегу моря, разглядывая остров и черные острые башни Алькатраса, и под шум волн ищейка начал свой рассказ:
–Несколько столетий назад этот замок на острове принадлежал герцогу Глостеру и, хотя король отменил «право первой ночи», аристократ продолжал требовать его у поданных. Юная Виктория, чтобы обмануть герцога, облачилась в черный свадебный наряд и бежала на встречу с женихом под покровом ночи. Корнелий уже ждал возлюбленную возле храма, а жрец готовил брачные браслеты. Да вот только Викторию выдала старшая сестра, которая тоже была влюблена в Корнелия. Герцог приказал схватить пару, как только они выйдут из храма.
