Вода текла откуда-то сверху, била по плечам, скатывалась по лицу, но не мочила. Я подставил ладони под прозрачные струи и несколько минут наблюдал за тем, как капли проникают сквозь кожу. Это не пугало, но заставляло смотреть не отрываясь. Я зажмурился в попытке прервать наваждение и почувствовал, как руки сжались в кулаки. В лицо дохнуло прохладным ветром с запахом влаги. Открыв глаза, я успел заметить большое озеро, обрамленное лесистыми склонами. Видение рассеялось, не дав разглядеть себя.
– Тихо, не буди папу, – услышал я шепот жены.
– Мам, там какой-то человек просит встретиться с папой, – громким шепотом ответил сын.
После раздался шорох юбок, и Варенька с Димой вышли из спальни. Комната погрузилась в блаженную тишину. Я начал проваливаться обратно в сон, как вдруг, засунув руку под подушку, резко сел – ладонь обожгло. Я отбросил подушку и нахмурился, увидев под ней ту самую книжицу. На наволочке остался желтоватый след от обложки. Я коснулся переплета и отдернул руку – книга была горячей.
С опаской я поднял книгу через уголок одеяла и положил на подоконник. Воздух над ней едва заметно рябил. Но, опустив глаза с книжицы на бульвар перед домом, я удивился еще сильнее: на всех дверях и фонарных столбах висели какие-то плакаты. Разглядеть их с высокого третьего этажа не получилось, поэтому я хмуро размял шею и пошел умываться.
После умывания я оделся и снова подошел к окну. Книжица остыла до первоначальной температуры. Подумав, я положил ее во внутренний карман пиджака и только после этого отправился на поиски домашних. Спускаясь по лестнице, я отчетливо понял, что не хочу расставаться с книгой, более того, мне тревожно, когда она не рядом со мной.
В гостиной мне подали поздний завтрак. Варенька недовольно покачала головой, глядя на то, как я рассеянно ем, но ничего не сказала. Я по глазам, по чуть опущенному подбородку и изгибу тонкой шеи видел – она расстроена и обеспокоена.
– Злишься? – спросил я, глядя в ее светло-карие глаза с ореховым отливом.
– Нет, – покачала головой Варенька, – боюсь, изведешь ты себя с этими закорючками.
– А кто искал меня? – Я поморщился, понимая, насколько топорно перевел тему.
– Алексей Кудрявцев. – По лицу Варвары пробежала презрительная гримаса, но тут же исчезла. – Насилу спровадила.
– Чего хотел? – Я почувствовал, как во мне закипает ярость.
– Не знаю. Я даже слушать его не стала. – Варенька покачала головой. – Подлец! Как вообще посмел явиться в дом к приличным людям!
