Я торопливо подбежал к карте на стене и, закрыв глаза, ткнул наугад пальцем. Попал в точку на отшибе страны. Тут же метнулся к географическим справочникам и атласу дорог. Спустя час я уже знал, что в этом месте находится полуживая деревушка, названная в честь охотника – Мадан. Рядом с ней действительно находилось озеро.
«Я должен туда поехать, – зудела в голове мысль, – просто обязан!» – И я тут же выскочил в коридор в поисках прислуги.
– Упакуйте чемоданы! – попросил я первого же, кто попался на моем пути.
– Только ваш или Варвары Семеновны и Дмитрия тоже? – удивленно спросил дворецкий.
Я молча кивнул. «Надо посоветоваться с Варенькой. Надо сказать ей». – И я поспешил вниз, чтобы дождаться Варю с Димой в гостиной, но остановился, едва не упав с лестницы. Сработала защитная магия. Совсем рядом.
Ноги сами понесли меня на улицу. Ступеньки пролетели под ногами, дверь открылась словно сама собой, и я помчался по улице вслед за жаром, что тянул мое сердце. Вперед. Туда, где волнами разливалась сила моего заклинания. Туда, где плетью била магия Вареньки.
Я увидел жену издали. Ее всегда аккуратно собранные волосы разметались по плечам и спине, словно крылья, а руки творили волшебство. Перед Варенькой на коленях корчился человек, едва взглянув на которого мое сердце похолодело. Он сжимал руками тряпичное тело мальчика. Мои глаза отказывались понимать, что перед ним лежит тело моего сына. Моего Димы. Человек корчился в муках, пытаясь разрушить чары обезумевшей Вареньки. За его спиной дымился автомобиль с распахнутой дверцей.
Внезапно человек вскочил, отбросил Диму от себя и, кинув Варе под ноги комок трав, метнулся в узкий проход между домами. Моя магия выследила его, но он использовал амулет и скинул преследование. Я хотел было броситься за ним, но Варя вдруг осела на землю, и я не смог. Подхватил почти невесомое тело, вжался лицом в растрепанные волосы и с отстраненным удивлением понял, что почти перестал дышать.
– Наш сын, – прошептала она. – Они пытались украсть нашего сына.
Только сейчас я заметил тело, лежащее за машиной, но не смог разомкнуть руки и отпустить жену. А еще я не мог заставить себя обратиться магией к сыну, чтобы понять, жив он или…
Я очнулась, хватая воздух, которого стало не хватать. «Он жив. Жив Пашка, он же Павел Дмитриевич. Значит, мальчик выжил», – успокаивала я бьющееся в агонии сердце. Даня, словно почувствовав, подошел и, обхватив меня своими маленькими ручками, уткнулся лицом в шею.
– Маама, не плачь, – сказал он.
Я улыбнулась, прижала ладони к щекам и почувствовала, что слезы текут по моему лицу непрерывным потоком. Обняв сына, я поняла, что должна увидеть Фёдора. Прямо сейчас.
<p>14. Мия</p>
