– Силикон – это долина, а то silicium – кремний, да и он не металл, а металлоид.
– Простите, Казобон, это уже начетничество. Веревка вервие простое. Нам нужны, так сказать, компьютеры и Каббала.
– Они не металлы, – упирался я.
Гарамон повел нас к выходу. На пороге он обратился ко мне: – Казобон, издательское дело – искусство, а не наука. Не будем изображать революционеров, сейчас не те времена. Жмите на Каббалу. И кстати по поводу вашего счета. Там купейный билет. Я оплачиваю билеты не выше плацкартных. Дело не в скупости, надеюсь, у вас не возникает подозрений. Дело в том, что для поиска полезен, как бы это сказать, некий спартанский дух. Иначе вера слабеет.
Гарамон призвал нас снова через несколько дней. У него в кабинете, как он сказал Бельбо, сидит посетитель, с которым он хочет нас познакомить.
Мы отправились. Гарамон беседовал с толстым тапироподобным типом, блондинистые усики, звериный нос, и нет подбородка. Он мне кого-то напомнил. Ну как же! В памяти всплыл профессор, читавший лекцию в Рио, именовавший себя референдарием или кем-то там таким ордена розенкрейцеров.
– Профессор Браманти, – сказал Гарамон, – говорит мне, что настал удачный момент для энергичного издателя, чувствительного к веяниям времени, начать выпускать серию по оккультным наукам.
– Это для… «Мануция»? – переспросил Бельбо.
– Для кого же еще? – лукаво улыбнулся господин Гарамон. – Профессор Браманти, которого, ко всему прочему, направляет сюда один из лучших моих друзей, доктор Де Амичис, автор изумительной «Хроники Зодиака», которую мы выпустили в текущем году… Профессор Браманти, говорю я, подметил, что на данную тему не существует настоящей книжной серии, все как-то обрывочно, многие труды выходят у издателей, не пользующихся по-настоящему серьезной репутацией. У издателей поверхностных, бесчестных, беспринципных, скажу более того, неряшливых. Не способных по достоинству оценить богатство и глубину этой области знания…
– Назрело время взглянуть новыми глазами на эту культуру неактуальности, после провала утопий современного мира, – сказал Браманти.
– Святые слова, профессор. Простите же нашу – ну не скажу необразованность, но неведение – по следующему вопросу: что вы подразумеваете под оккультными науками? Спиритизм, астрологию, черную магию?
Браманти отмахнулся с негодованием: – Ничего подобного! Все это белиберда, занимающая неученые умы. Я же говорю о науке, хоть и об оккультной. Да, астрология может иметь место в некоторых случаях, но никак не в смысле прогноза секретарше, с кем она познакомится в воскресенье. Скорее уж серьезное исследование о Верховниках, если угодно вам.
– Ясно. Это научно. Такая постановка вопроса безусловно совпадает с ориентацией нашего издательства. Не хотите ли объяснить поподробнее?
Браманти откинулся на кресле и обвел взглядом комнату, как бы ища астрального вдохновения: – Разумеется, я могу объяснить на примерах. Я бы сказал, что идеальный читатель серии подобного рода – адепт розенкрейцерства. То есть специалист in magiam, in necromantiam, in astrologiam, in geomantiam, in pyromantiam, in hydromantiam, in chaomantiam, in medicinam adeptam, я цитирую книгу Азот, которая была дана таинственной девой Крестоносителю (Stauroforo), как рассказано в сочинении «Raptus philosophorum». Однако познания адепта распространяются и на другие области, как то физиогнозия, связанная с оккультной физикой, статикой, динамикой и кинематикой, с астрологией или эзотерической биологией. А также на исследование спиритов натуры, герметической зоологии и биологической астрологии. Охватывается и космогнозия, изучающая астрологию, однако в астрономическом, космологическом, физиологическом, онтологическом аспектах. Прибавьте и антропогносию, то есть исследование гомологической анатомии, прорицательные дисциплины, флюидофизиологию, психургию, социальную астрологию и исторический герметизм. Важны для нас и ценностные разделы математики, то есть, как вы сами понимаете, арифмология и прочее. Базовая ступень немыслима, само собой, без начатков космографии невидимого, без подготовки по магнетизму, аурам, сновидениям, флюидам, психометрии и ясновидению. И вообще без изучения прочих пяти гиперфизических чувств человека, не говоря уж о гороскопической астрологии, которая сама по себе представляет дегенерацию науки, если не сопровождается необходимыми предосторожностями. А также без знакомства с физиогномикой, чтением мыслей на расстоянии, гадательными навыками (карты, кофейная гуща), вплоть до высочайших уровней деятельности, таких, как провидчество и экстаз. Нужно, естественно, удовлетворительно ориентироваться во флюидорегулировании, алхимии, спагирике, телепатии, экзорцизме, церемониальной и заклинательной магии и в основах теургии. Оккультизм в собственном смысле слова я бы советовал рассматривать прикладным порядком на материале примитивной Каббалы, брахманизма, гимнософии, мемфисской иероглифики…
– …тамплиерской феноменологии… – подсказал Бельбо.
