– Великолепно, – сказал господин Гарамон, – назовем вещи своими именами. Этот господин пяти слов не сказал, как я уже знал, что он нам не клиент. Он платить не собирается. Но совершенно другое дело те, на кого он ссылался. И писатели, и читатели. Этот Браманти возник как раз в такой период, когда я и без него уделял внимание некоторым размышлениям в данном русле. И вот, господа. – И театральным жестом он выложил из ящика три книги. – Все эти сочинения вышли в последние годы и пользовались успехом. Первое из них по-английски, так что я его не читал, но автор – знаменитое имя. О чем же он пишет? Видите, подзаголовок: гностический роман. А теперь посмотрите на эту книгу. На первый взгляд это детектив, бестселлер. О чем тут рассказывается? О какой-то гностической церкви недалеко от Турина. Вы знаете, наверное, кто такие гностики… – Он остановил нас движением руки: – Неважно, неважно, мне достаточно понимать, что в них есть что-то дьявольское… Да, да, я сознаю, что намеренно обобщаю какие-то вещи, но сейчас я рассуждаю не как вы, я рассуждаю как этот Браманти. В настоящий момент перед вами издатель, а не профессор гносеологии или как там она у вас называется. Что я вижу для себя интересного, многообещающего? Зовущего? Скажу даже, любопытного… в рассуждениях Браманти? У него, кстати, удивительная способность сваливать все в одну кучу… он не называл гностиков, но, согласитесь, вполне мог бы и назвать их наряду с геомантией, геровиталем и радамесом на меркурии[57]. Почему я останавливаюсь на этом? Потому что тут у меня имеется еще одна книга, на этот раз книга знаменитой журналистки, которая рассказывает о невероятных вещах, происходящих в Турине. Еще раз повторяю, в Турине, в центре автомобилестроения! Ведовство, черные мессы, заклинания бесов, и всем этим занимаются состоятельные люди, отнюдь не кликуши с далекого и дикого юга. Казобон, Бельбо рассказывал мне, что вы родом из Бразилии и что там вы предавались сатаническим обрядам местных дикарей… Хорошо, потом вы меня поправите, но это неважно. Бразилия среди нас, господа! Я лично посетил несколько дней назад книжный магазин, как его, не имеет значения, в общем, книжную лавку, где шесть-семь лет тому назад торговали текстами анархистов, революционеров, тупамаров, террористов, скажу даже – марксистов. Ну и что же? Какой у них теперь уклон? Торгуют теми изданиями, о которых говорил тут Браманти. Согласен, сейчас вообще время большой путаницы. Если вы пойдете в католический книжный магазин, где раньше продавали только катехизис, теперь там стоит и переосмысление учения, так сказать, Лютера. Но все-таки они не предлагают там книжек, в которых говорится, что религия сплошное вранье. А в лавках, которые я имею в виду, все смешано, и за и против, лишь бы дело касалось предметов, как бы это сказать…
– …герметичных, – подсказал Диоталлеви.
– Вот именно. Это правильное слово. Я у них видел чуть ли не десять книжек о Гермесе. Так что мы можем начинать разговор о «Проекте Гермес». Эта новая ветвь…
– …золотая ветвь, – сказал Бельбо.
– Вот именно. – Гарамон явно не уловил намек на книгу Фрэзера. – Даже золотая жила. Я почувствовал одно – эти люди съедят что угодно, лишь бы было герметично, вот и Диоталлеви соглашается со мною. То есть лишь бы было наперекор тому, что сказано в школьных учебниках. Я думаю даже, что это наш культурный долг. Я не занимаюсь исключительно благотворительностью, но в наши смутные времена предложить людям опору, веру, выход в сверхъестественное… Учитывая, что «Гарамону» присуща, как это, научная ориентация…
Бельбо мгновенно напрягся. – Я думал, что речь идет о «Мануции».
– И о том и о другом. Послушайте меня. Я покопался в том книжном магазине, а потом пошел в другой, на этот раз в серьезный, и там имелся великолепный стеллаж, посвященный оккультизму. По этим вопросам существуют как исследования на университетском уровне, так и книжонки, состряпанные людишками вроде Браманти. Теперь учтем следующее. Этот Браманти никогда в глаза не видел университетских авторов, но он их читает, и читает таким образом, как будто бы они – такие же, как он. Это тип людей, которые, что бы ни говорилось, полагают, что речь идет о них, как в том анекдоте про кота, который, когда хозяева ругались по поводу развода, думал, что они не могут решить, какую требуху дать ему на ужин. Вы и сами видели это, Бельбо. Стоило вам только заикнуться об этой тамплиерской истории, как он тотчас же: о’кей, сюда же и тамплиеров, в ту же кучу, что Каббалу, спортлото и подкидывание монеты. Эти люди всеядны. Абсолютно всеядны. Вы же видели лицо этого Браманти: грызун. В потенциале – огромная публика, состоящая из двух категорий. Я их так прямо и вижу, как они маршируют колоннами, имя им легион. Во-первых, те, кто сочиняет эти книги, и тут наготове «Мануций» с распростертыми объятиями. Их приманить ничего не стоит, достаточно учредить престижную серию, с каким-нибудь таким названием вроде…
– Смарагдовая скрижаль, – подсказал Диоталлеви.
