Эльвер-ка-Виррион легко понес Майю вдоль берега. Она не догадывалась, что он задумал, но ей нравилось нежиться в его объятиях. У Сияющей заводи собралась веселая толпа молодых людей – человек двадцать Леопардов и десяток девушек покатывались со смеху, глядя на богато одетого юношу, который неуклюже плыл по озеру, держась за надутый бурдюк. Майя с досадой подумала, что он уродует само понятие плавания, как если бы он вдруг запрыгал по залу под пленительную мелодию сенгуэлы в исполнении Фордиля.
Эльвер-ка-Виррион опустил Майю на землю:
– Ну что, ты плаваешь получше, чем он?
– Да кто же так плавает, мой повелитель? Глупости все это, вот что я вам скажу. Хотите, я на зоан взберусь, с ветки в озеро нырну и на самой середке заводи вынырну? То-то все удивятся!
– У тебя получится? – недоверчиво спросил Эльвер-ка-Виррион. – Погоди, я сейчас… – Он рассмеялся, сверкнув в темноте белыми зубами.
– Эльвер, помоги! – крикнула какая-то девушка, пробегая мимо. – Мы его на берег вытащим…
Эльвер-ка-Виррион не ответил ей и еще раз спросил Майю:
– У тебя точно получится?
– Да, мой повелитель. Только… как по-вашему, они не обидятся, если я нагишом нырну? Все эти хельдрилы важные, и верховный барон тут недалеко… вдруг скажут, что неприлично так?
– Неприлично? Тебе, нагишом? Ха! – воскликнул Эльвер-ка-Виррион. – Не волнуйся, я все улажу.
Майя вынула гребни из волос, спрятала их в карманы, расстегнула вышитое платье и сняла вместе с сорочкой. Эльвер-ка-Виррион протянул к ней руки, но Майя улыбнулась и помотала головой:
– Не все сразу, мой повелитель. Плавание – дело серьезное.
Она бегом пересекла лужайку и бросилась к зоану. Молодежь с любопытством следила за юношей, который пытался выкарабкаться на противоположный берег заводи, поэтому на Майю никто не обратил внимания. Она ухватилась за сук, подтянулась, уселась в развилку и оглядела дерево, заводь и собравшихся зрителей, а потом медленно двинулась вдоль толстой ветви, нависшей над озером.
Хватаясь за тонкие ветки над головой, Майя осторожно переступала по шершавой коре, пока ветка не начала прогибаться под ногой. «Так, дальше идти не стоит – прыгать будет неудобно, – подумала Майя. – Вот славное местечко – все открыто, ветки не мешают, до воды локтей двенадцать, да и глубина хорошая, хотя в темноте не разобрать…»
Два юноши на берегу внезапно с удивлением уставились на Майю и окликнули остальных, возбужденно переговариваясь. К зоану подбежали люди. Со всех сторон раздались взволнованные голоса:
– Осторожно, упадешь!
– А вот и не упадет…
– Какая хорошенькая!
– Спускайся ко мне, я тебя согрею!
– Кто это?
– Смотрите!
– Да это же та самая, что сенгуэлу танцевала!
– Она нырять собралась! – во всеуслышание объявил Эльвер-ка-Виррион.
В толпе раздались презрительные смешки.
– Когда? На будущий год? – выкрикнул кто-то.
Майя, взглянув на полную луну, пальцами ног сжала шершавую кору и приготовилась нырять, но тут среди серебристой листвы мелькнуло женское лицо, будто во сне, – смутное и тревожное, невообразимо прекрасное и грозное. Огромные глаза смотрели прямо на Майю – одобрительно, но с хищной жадностью; ореол пышных волос сиял в лунном свете.
Майя испуганно вздрогнула, покачнулась, на миг попыталась остановиться – и сорвалась с ветки. Впрочем, ей на помощь тут же пришло мастерство, отточенное годами упражнений, – тело само приняло нужное положение.
Зрители не заметили Майиного смятения: вот обнаженная девушка в сиянии луны стояла среди зоановых ветвей, а в следующее мгновение уже устремилась вниз, вытянувшись в струнку, – только дрогнула ветка и зашелестела листва – и почти без брызг пронзила поверхность озера, по которому пошли круги.
Уже в полете Майя сообразила: сквозь ветви зоана на нее глядела сама благая владычица.
Бекланцы плавать не умели и не любили; для них девушка, нырнувшая в озерную глубь с высоты двенадцати локтей, совершила чудо. С берегов заводи послышались восхищенные восклицания. Майя вынырнула на поверхность, помахала зрителям, перевернулась на спину и выгнулась дугой, выставив грудь из воды, а потом заскользила к середине заводи.
Вода была теплой – в такую ночь самое время поплавать. Что же теперь делать – проплыть вдоль всего озера? Хозяин наверняка заждался Майю… нет, Эльвер-ка-Виррион обещал все уладить. Пожалуй, стоит показать этим знатным господам, что такое настоящее плавание, то-то рты поразевают, разахаются. Вреда от этого не будет, одна польза, как говорит Оккула.
Майя подплыла поближе к берегу, попробовала нащупать дно – нет, глубоко. На берегу столпились люди. Один юноша опустился на колени, восторженно закатил глаза и умоляюще протянул к ней руки; другой снял с шеи толстую золотую цепь и предложил ее Майе.
Развеселившись, она принялась подпрыгивать в воде и разводить руки, будто приглашая всех следовать за собой.
– Есть кто смелый? – лукаво выкрикнула она. – Попробуйте меня поймать!
– Там слишком глубоко, – ответил Шенд-Ладор. – Подплыви поближе, вон туда.
Майя, оценивая расстояние, огляделась, нырнула и сделала десяток гребков, оказавшись локтях в тридцати от берега.
