– А как, по-вашему, рабы выглядят?
К ее удивлению, девушки помрачнели и умолкли.
– Ой, мы не в обиду тебя спросили! – чуть погодя воскликнула одна из девушек. – Особенно если ты в неволе жила. Просто тут неподалеку невольничий питомник есть, там детей в рабство выращивают. Их так жалко! Мне отец сказывал, что питомником владеет какой-то знатный Леопард из Беклы.
– Верно, – заметила ее подруга постарше. – Леопарды питомники и завели, потому что им рабов не хватало, хотя они людей из деревень в рабство забирают. Матушка моя говорит, что раньше невольничьих питомников не было.
– Нет, я не в питомнике родилась, – ответила Майя.
– А как ты… – начала какая-то девушка.
– А ты слышала про знатного барона из Леопардов, которого на весеннем празднике убили? – вмешалась другая. – Говорят, злодеев так и не нашли.
– Ну, про это я вам много чего могу рассказать, – заметила Майя, обрадовавшись возможности отвлечь внимание от себя. – Когда это случилось, я как раз в парке у озера была.
Все удивленно заахали. Майя подробно описала праздник у озера Крюк, убийство Сенчо и загадочное исчезновение злоумышленников, утаив, разумеется, что сама была наложницей верховного советника.
– Интересно, кто же это все подстроил? – спросила девушка постарше.
– Уж не ты ли, Гехта?! – пошутила черноглазая курносая девчушка и, обернувшись к Майе, пояснила: – Это я ее понарошку дразню. Наша Гехта – настоящий Леопард. Ей дай волю, она б собственноручно верховного советника спасла.
– Эй, лентяйки! – с притворной угрозой проворчала глухая старуха, махнув половником. – Долго еще собираетесь лавки просиживать? Добавки хотите? Если нет, то пора убирать со стола.
Все наелись до отвала. Майя удовлетворенно вздохнула и с завистью подумала, что и сама не прочь бы остаться здесь, в усадьбе, среди веселых подруг, но потом вспомнила, что в деревне надо рано вставать, ухаживать за скотиной, доить коров и с утра до вечера ходить замарашкой.
Она отвела в сторону девушку постарше и спросила, нет ли у них лишней одежды на продажу. Гехта и старуха подыскали Майе чистую нижнюю сорочку, холщовое верхнее платье и пару сандалий, но денег с нее не взяли.
– Да ты что?! – воскликнула Гехта, отталкивая протянутую монету. – Как можно с гостя деньги брать? Кто знает, глядишь, в один прекрасный день и ты нам поможешь. Вот, кстати… – Она с опаской оглянулась на старуху и понизила голос: – Хочешь, по двору пройдемся?
Они вышли к воротам, где в железной кадке горел огонь. Ночной сторож возился у своей лачуги рядом с овчарней.
– Бриндо, мы перед сном прогуляемся, – сказала ему Гехта. – Скоро вернемся, не беспокойся.
Старик что-то проворчал, но с улыбкой отодвинул засов и выпустил девушек за ворота, на широкий луг.
– Вам разрешают ночью выходить? – удивленно спросила Майя.
– Ну, вроде как не положено, но Бриндо позволяет. Нас здесь в строгости не держат. Поля до самого леса тянутся, бояться некого.
Над вершинами деревьев светила луна, в небе бесшумно сновали летучие мыши. В воздухе пахло сосновой смолой.
– Хорошо-то как, покойно… – вздохнула Гехта. – Словно бы и нет никакой беды, правда?
Майя недоуменно поглядела на нее:
– А что, есть?
– Вот об этом я тебя и хотела спросить, – пояснила Гехта. – Ты же в Бекле жила, с хозяином своим. Вот мне и любопытно, может, ты чего слыхала от баронов и важных господ, ну, на всяких там пирах и торжествах?
– Про что?
– Понимаешь… – Гехта остановилась и посмотрела в лицо Майи. – У отца моего усадьба чуть поменьше, лигах в семи отсюда. Он ее мне завещал, как я замуж выйду. Братьев у меня нет, вот меня сюда и послали выучиться – как лесом торговать, как хозяйство вести. Но дело не в этом. Я узнать хотела, не случится ли какой беды…
– Какой беды? Войны?
– Ш-ш-ш! Не кричи ты так! – зашептала Гехта, испуганно оглядываясь. – Когда к нам коробейники или лесоторговцы заглядывают, то говорят, что бароны в окраинных землях недовольны. Ну, знаешь, хельдрилы, или как там их называют. Так вот, они хотят от Леопардов избавиться, потому верховного советника и убили – он к ним соглядатаев подослал, все про них выведал. А еще говорят, что бароны на востоке с королем Карнатом договорились, чтобы он на Беклу войной пошел, – вроде как с ним будет лучше, чем с Леопардами.
– Я слыхала, что Леопарды оброк берут с крестьян, а купцам и торговцам послабление дают, – кивнула Майя.
Глаза Гехты наполнились слезами.
– Если король Карнат переправится через Вальдерру и на Беклу войной пойдет, то в аккурат через нашу усадьбу. Потому надо мной и посмеиваются, Леопардом называют – боюсь я, вдруг что случится. Если и правда война начнется, мне надо домой возвращаться, к родителям. Только надежные вести до нас редко доходят, все больше слухи. Вот я и решила, что раз ты в столице жила, в самóм верхнем городе, может, чего и знаешь…
– Ох, похоже, ты больше меня знаешь, – ответила Майя. – Ну, про Леопардов. Они, конечно, из-за убийства перепугались.
