Лейс просто присоединился к общим усилиям. Если окружающие и заметили, что он в чистой одежде, вопросов они задавать не стали. А может, и вовсе не успели разглядеть: чистой одежда оставалась недолго.
Сначала он делал то же, что и все: переносил мертвые тела. Но вскоре оказалось, что кому-то требуется взять на себя хоть какое-то руководство: разделить оставшуюся еду и воду, определить, где будут лежать раненые. Лейс не рвался стать лидером – а ему все равно пришлось, потому что больше за это никто не брался.
В бесконечной работе прошли следующие несколько дней. Людей, которые совсем не пострадали, на четвертом уровне не осталось. Просто были раненые легко, тяжело и умирающие… последних, впрочем, становилось все меньше. Лейс сформировал из раненых легко бригады, которые сменяли друг друга. Сам он все собирался пойти отдохнуть… но почему-то не пошел. Спать не хотелось, хотелось есть, вот на это он делал перерывы, да и то строго по графику. Насытиться пока не получалось, а пайков осталось очень мало. Потом он снова возвращался к работе. Загрузка была такой, что перчатки он только в перерывах на еду и снимал…
Постепенно восстановился хотя бы условный порядок – и пришло время открытий.
На всем четвертом уровне лишь пятеро чувствовали себя по-настоящему хорошо – включая Лейса. Остальных четырех он тоже прекрасно знал: Кловис, Сандрин, Эли и Медерик. Лейс не верил в такие совпадения, он теперь убедился в том, что две колоссальные угрозы здоровью, наложившись друг на друга, привели к исцелению.
Или чему-то очень похожему на исцеление. Лейс не брался сказать наверняка, а получить полноценные данные попросту не мог, сейчас все врачи были заняты помощью пострадавшим. Может, Сандрин и докопалась бы до правды, но она этим не интересовалась. Она, совершенно здоровая, могла сейчас работать куда больше, чем ее измученные коллеги. Но если Лейс делал такое бесплатно, то Сандрин без зазрений совести заставляла выживших расставаться с немногочисленными накоплениями – от пищевых пайков до привезенных с Земли драгоценностей. Ничего личного, только бизнес.
Белый Эли будто и не заметил вообще ничего: ни собственной болезни, ни взрыва атомной бомбы. Когда к нему вернулась свобода движения, он занялся тем, что делал раньше, только и всего.
Кловис и Медерик затаились. Их подчиненные помогали другим членам банд, явно по приказу боссов. Однако сами эти боссы торчали в убежищах и ждали, что же будет дальше.
Ждал этого и Лейс. Он видел, что продовольственные запасы стремительно подходят к концу даже при сократившемся населении. Да и с водой беда: резервуары пусты, фильтры сильно повреждены. Они отчаянно нуждались в помощи от других уровней, ожидать которую после тех бомб было бесконечно глупо.
И тем не менее, помощь пришла. Через пять дней после взрыва, когда сервисные дроны произвели зачистку, тела были кремированы, а радиационный фон – стабилизирован, ворота, ведущие на третий уровень, все-таки открылись. Вот только появились оттуда не роботы, как раньше, и не очередные дроны с бомбами. На четвертый уровень пришли два полицейских отряда – около двадцати человек в полном боевом снаряжении. На фоне измученных голодом и травмами людей-призраков полицейские, такие высокие, крепкие, очевидно здоровые, смотрелись издевкой.
Жителям четвертого уровня было велено явиться на один этаж, всем. В другое время мало кто исполнил бы такой приказ, но сейчас у людей не осталось сил разбегаться и прятаться. Полицейские, наблюдавшие за ними, похоже, не испытывали никакой вины… Лейс видел в их взглядах презрение, отзывавшееся новым пожаром гнева в его душе.
Как они смеют… как могут вообще? Они это сделали. Они и их хозяева! Но вот они стоят здесь и верят, будто это большое одолжение.
– Отныне четвертый уровень находится под покровительством третьего, – объявил один из полицейских.
– Разве не предполагалось, что все мы экипаж одной станции? – насмешливо поинтересовался Лейс.
– Нет больше ни станции, ни миссии. Есть космический город «Слепой Прометей», который существует по своим правилам.
Хотелось рассмеяться, а Лейс не смог. Не из-за страха перед полицией – страха он вообще не испытывал. Просто он стоял в двух шагах от «тени», оставшейся после сожженного бомбой человека.
– Раз в три дня назначенные лица будут отсылать полный отчет о происходящем на четвертом уровне, – продолжил полицейский. – В обмен на это вы будете получать гуманитарную помощь.
– Как в прошлый раз? – угрюмо поинтересовался древний старик, стоящий в первом ряду. Лейс прекрасно знал, что стариков по возрасту на «Слепом Прометее» никогда не было.
Полицейский его проигнорировал, он вещал с равнодушием машины:
