Он прошел мимо Берты Бирнам. Именно здесь Дуфф купился тогда на байку о судье из Капитоля. Вот только Геката не говорил, что Макбет убьет жену и детей Дуффа. На площади Рабочих Ленокс зашагал быстрее, словно желая опередить что-то. Себя самого.
– Макбет занят, – сказал портье в «Инвернессе».
– Передайте, что с ним хочет увидеться старший инспектор Ленокс. Что дело важное и что я отниму у комиссара всего минуту.
– Хорошо, сейчас уточню.
Ленокс огляделся. Ему показалось, будто здесь чего-то недостает. Вот только чего? Какой-то последней, решающей детали… Хотя, возможно, изменилась сама атмосфера, может, виной всему – двое довольно неряшливо одетых подвыпивших мужичков, с громким смехом направляющихся в зал. Прежде таких гостей здесь не жаловали.
На лестнице показался Макбет:
– Добрый день, Ленокс.
– Добрый день, комиссар. Здесь сегодня людно.
– Игроки из «Обелиска». Всего пару часов назад Комиссия по вопросам игровой деятельности его прикрыла. Давай присядем прямо тут, у меня, к сожалению, довольно мало времени.
– Спасибо, комиссар. Я хочу доложить о встрече, на которой побывал сегодня.
Макбет зевнул:
– Да?
Ленокс затаил дыхание. И замешкался. Существуют миллионы фраз, с которых можно начать рассказ. Тысячи способов сформулировать одну и ту же мысль. Сотни слов, которые стоит произнести вначале. Но выбор всегда однозначен.
Макбет нахмурился.
– Господин комиссар, – сказал портье, – у стола для блек-джека очередь, там спрашивают, не поставим ли мы второго крупье.
– Сейчас иду, Джек. Прости, Ленокс, обычно этим Леди занимается. Продолжай.
– Так вот, встреча… – Ленокс подумал о своих родных. Там, дома. О доме. И саде. О прекрасном районе, где его детям ничего не угрожает. Об университете, куда он их отправит. И все это – благодаря его зарплате. Ну, и дополнительных доходах, без которых теперь все развалится. Он поступает так не ради себя самого, а ради семьи. Семьи, семьи, семьи. Его семьи, а не какой-то другой, в Файфе, не…
– Да?
Дверь открылась.
– Шеф!
Они оба повернулись. На порге стоял Сейтон.
– Шеф, есть! Мы его нашли! – запыхавшись, проговорил он.
– Нашли?
– Дуффа. Ты был прав. Он на борту судна, которое вышло из местного порта. «Гламис».
– Отлично! – Макбет повернулся к Леноксу: – Старший инспектор, боюсь, мне надо идти. Ваше дело подождет.
Макбет с Сейтоном заспешили прочь, а Ленокс молча смотрел им вслед.
– Ужасно занятой человек, – улыбнулся портье. – Я могу предложить вам кофе, старший инспектор?
– Нет, спасибо. – Ленокс уставился на дверь. Темнота уже начала подбираться к нему, но до следующей дозы у него еще есть несколько часов. Целая вечность. – А вообще, спасибо! С удовольствием! – Целая вечность для бесхребетного и безвольного.
– Ты куда? – спросила Мередит.
– Не знаю, – ответил Дуфф. Он хотел погладить ее по щеке, но никак не мог дотянуться. – У меня есть адрес, но я не знаю, что там находится.
– Тогда зачем ты едешь туда?
– Этот адрес написали прямо перед убийством Банко и Флинса. А еще там написано «тихая гавань». Если они собирались там спрятаться, значит, возможно, это место мне тоже подойдет. Не знаю, любимая, другого выхода у меня все равно нет.
– Тогда ладно.
– Где вы?
– Мы здесь.
– Где это – «здесь»? И что вы делаете?
Мередит улыбнулась:
– Мы ждем тебя. У нас по-прежнему маленький день рожденья.
– Тебе было больно?
– Совсем чуть-чуть. Уже все прошло.
К горлу подступил комок.
– Эван и Эмилия – они испугались?
– Тсс, любимый, давай не будем об этом сейчас…
– Но…
Она прижала ладонь к его губам.
– Тсс, они спят, смотри не разбуди их.
Ее рука. Он не мог дышать. Дуфф попытался оттолкнуть ее, но она оказалась такой сильной. Дуфф открыл глаза.
Человек, склонившийся над Дуффом, рукой зажимал ему рот. Дуфф попытался закричать и сбросить волосатую руку, но противник оказался чересчур сильным. Услышав фырканье, Дуфф догадался, с кем имеет дело. Хатчинсон. Склонившись над койкой, тот прошептал ему прямо на ухо:
– Ни звука, Юнсон. Или, точнее говоря, Дуфф.
Его разоблачили. Интересно, дадут ли за него награду? Значит, пришел час расплаты. Интересно, что механик для него приготовил. Нож? Стилет? Топор?
– Слушай меня, Юнсон. Если разбудишь этого хрена на верхней полке, ты труп. Ясно?
Зачем механик разбудил его? Не проще ли было сразу прикончить?
– Как только мы пристанем в Капитоле, на борт поднимутся полицейские и загребут тебя. – Он убрал руку. – Все, я тебя предупредил, так что мы в расчете.
От приоткрыл дверь и выскользнул из каюты.
