Нужно ли рассказать Макбету и всем остальным о том, что он узнал на пристани? Или лучше не рассказывать? А что, если одноглазый соврал или если Банко с легкостью опровергнет обвинения? Чем обернется для Дуффа такое обвинение, учитывая, что Банко, будучи приятелем Макбета, стал достаточно влиятельным?
Дуфф мог бы, конечно, просто выложить все как есть и позволить Леноксу и Макбету решать, что делать, но тогда он упустил бы шанс единолично арестовать и разоблачить Банко, и, таким образом, получить на руки козырь.
С другой стороны, теперь, после такого неудачного рейда в порту, он больше не имел права промахнуться. Дуфф и так уже потерял Оргпрест, а новый промах будет стоить ему места.
И еще одна дилемма: останься Макбет комиссаром полиции, место начальника Оргпреста опять освободится, и тогда, если Дуфф правильно разыграет свой козырь, он получит отдел.
Дуфф хотел было посоветоваться с Кетнес, но тогда он проговорился бы и не смог притворяться, что ничего не знает. Пришлось бы действовать. Возможно, идти на риск.
В результате он выбрал не самый рискованный путь, который, в случае успеха, обеспечил бы Дуффу почет и славу.
Дуфф пересек узкий железнодорожный мост и подъехал к площади перед скромным кирпичным домом на другой стороне. Дорога от Главного управления до дома Банко заняла чуть больше сорока пяти минут.
– Дуфф, – Банко открыл дверь почти сразу же, Дуфф едва успел нажать на кнопку звонка, – что там вообще будет-то?
– Похоже, праздник, – ответил Дуфф.
– Ясно. Вот я никак не могу решить, брать мне с собой вот это или нет, – и он помахал кобурой от служебного пистолета.
– Лучше не надо – из-за него костюм топорщится. А вот этот узел на галстуке вообще не годится.
– Не годится? – удивился Банко и уткнулся подбородком в воротник, пытаясь разглядеть узел. – Я с таким уже полвека хожу, еще с первого причастия.
– Слушай, Банко, так галстук только нищеброды повязывают. Дай-ка я тебе покажу…
Банко отвел руку Дуффа в сторону и прикрыл узел галстука ладонью.
– Так я и есть нищеброд, Дуфф. И мне кажется, ты пришел за помощью, а не чтобы давать советы, верно?
– Да, Банко, ты прав. Можно войти?
– Я бы с удовольствием пригласил тебя зайти и даже кофе предложил, но мы уже выходим. – Банко запихнул кобуру на полку для шляп и, повернувшись к лестнице, крикнул: – Флинс!
– Иду! – послышалось в ответ.
– Давай на улице поговорим, – сказал Банко и застегнул плащ.
Они встали возле двери, на несколько раз перестроенной лестнице, выкрашенной в белый. Из водосточного желоба на землю выливалась струя дождевой воды. Банко предложил Дуффу сигарету и, когда тот отказался, закурил сам.
– Я сегодня опять заезжал в грузовой порт, – сказал Дуфф, – встретиться с одним парнем. Совсем молодой, но уже наркоман. Поговорить хотел. Одноглазый парнишка. Рассказал мне, как так вышло, что он остался с одним глазом.
– Ну и?
– Как-то раз у него была жуткая ломка, а он был на мели. И вот ходит он по вокзалу и видит вдруг – какой-то старикашка. Парень подошел к нему и попросил денег. У этого старика была трость с золотым набалдашником.
– Геката?
– Старик остановился и вытащил пакет, помахал им перед пацаном и сказал, что там первоклассное зелье прямо из котла. И если пацану и впрямь так приспичило, то ему нужно выполнить два требования. Первое – ответить на вопрос, какое из чувств он больше всего боится потерять. И когда пацан ответил «зрение», старик сказал, чтобы тот отдал ему свой глаз.
– Да, точно Геката.
– Когда парень спросил, зачем старику его глаз, Геката ответил, что у него все есть и единственное, что ему нужно, – это то, что наиболее дорого покупателю. К тому же один глаз – это, мол, всего лишь ползрения или даже меньше. Ведь если представить, как парень будет ценить свой единственный глаз, то можно сказать, что утрата и выигрыш равны.
– Нет, такого я вообще не понимаю.
– Ты – нет, но попадаются среди людей и такие. Им нужно само ощущение власти, а не преимущества, которые она может принести. Им главное – владеть бесценным деревом, а не съедобными плодами, растущими на нем. Но они мечтают показывать на него и говорить: «Это мое». А потом его срубить.
Банко выпустил дым от сигареты.
– Ну и чего парень выбрал?
– При старике был какой-то транс – он и выколол пацану глаз. А потом ему дали зелье, и у парня исчезли все боли, разгладились все шрамы, ушли все дурные воспоминания. Мальчишка сказал, это было так здорово, что он даже сегодня готов сказать, что ни разу не пожалел. И что он до сих пор ищет этот идеальный наркотик.
– И что ему надо было сегодня, когда ты с ним встретился?
– Все то же самое. И еще он хочет отыскать того, кто украл у него глаз лишь затем, чтобы продемонстрировать собственную власть.
– Ну, пусть тогда вливается в стройные ряды тех, кто разыскивает Гекату.
– Он просто хотел нам помочь его найти.
– Ну и как несчастный торчок нам поможет?
