Эти монахи были заурядными, посредственными людьми, просто подражателями вашим так называемым святым. Они сами себя загнали в клетку и сбились в стадо трусливых овец. Грех — это неосознанность, а не нарушение тупейших заповедей которым две с лишним тысяч лет. Столько тысяч лет прошло и всё не прелюбодействуй. В обыденной жизни человека не существовало никакой радости выше половой любви. Я это заявляю со всем своим авторитетом и только из собственного опыта. Секс — это единственное что никогда не забывалось. Никогда не забывались ярчайшие оргазмы и лица. Ни одно женское лицо не выпадало из памяти, я постоянно помнил лица всех девочек школы, всех студенток академии, коллег по работе в налоговой. Имена быстро забывались, а все женские лица примерно лет с 12 я помнил досконально. Девушка — это есть Бог, не надо никого было там искать, вон их сколько ходит бродит, особенно в Тольятти.
Бог дал девушке дар две дырочки: одну для оплодотворения, другую для просветления. Только истинный Просветлённый мог проникнуть в женское тело через зад, потому что только так член мог получить максимально тесное взаимодействие с телом. То есть это являлось обратным кормлением. Внутри шероховатого влагалища, как в случае с Урсулой член бултыхался, он соприкасался так с женской плотью не тотально. Член должен всегда быть в женской попе: только так возможно чудесное исцеление.
Примерно такой была утренняя проповедь, на которой я остался из-за приличия хотя нужно было быстрей ехать дальше, мне надоели эти убогие и уснувшие навек люди.
Я поблагодарил этих добрых людей за ночлег и еду и выдвинулся дальше. Между Нижним и Казанью можно было сразу и не выбирать, ибо Татарстан меня огорчил. Первая девушка, в которой я был против доброй воли, но тем не менее в ней не было женственности, она не возбуждала. Не была сукой, которую хотелось трахать раз в день перед сном, как успокоительное на ночь. Раз в неделю анна, но взамен ей хотя бы за такую радость массаж сделать не впадлу. Извращение воли, извращение сексуальной направленности, как же было здорово, что я болел этим.
Ехал с милиционером, у них кепка лежит на видном месте в салоне, чтобы другие сразу видели, кто за рулем, особенно гайцы. От него я и узнал, что дорожники с полосатыми жезлами и обычные менты рамсятся между собой, как и с прокуратурой, как и с эсбэшниками: ничего нового — просто пищевая конкуренция за влияние между погонно-властными кланами или простым языком: пацаны никогда не взрослеют и продолжают понтоваться до самой Ингитамараны.
Ранним вечером того же дня я уже был в Новгороде. Напомнило о Самаре, запах улицы такой же, запах толпы.
На автобусе доехал до Кремля. Пошарахался по той самой улице, усыпанной бронзой. Прошёл всю набережную. Очень крутой вид на Волгу с высокой высоты. Башни напомнили о рыцарях и прочим из излишне романтизированного западноевропейского средневековья, из игр-стратегий, таких как серия тотальной войны. Лучшая из лучших в своём жанре. Программно совместить развитие городов по ходам и бойни в реальном времени на огромном поле это феноменально крутая задумка, дай бог разрабу всего превсего и чтобы все девчонки, кто смог бы пройти на тяжёлом уровне давали ему свои ликующие писечки или жопы.
Прихлёбывая холодный чай из баклажки, я осмотрел все эти пушки внутри, облазил всю оборонительную стену и на основном выходе из Кремля я догнал случайную девушку с прекрасным телом. Одного тела если такого как у неё было достаточно, а лицо у таких можно и не рассматривать. Женское тело важнее женского лица, вожделение от тела и к телу. Тело и есть само лицо, а то, что на голове — это личина, скользкая личность: лицо постоянно дёргается, что треплет нервы и себе и другим. А тело молчаливо, я всегда смотрел только на тело, желал тело. А если у желанного тела ещё и приятная голова так это вообще улёт.
Она была в платье, я обожал девочек в платье выше колен, а те кто джинсы вечно натягивал — да пошли они к херам собачьим, замучили своими джинсами. Девочка — это легкость снятия одежды, точнее платье не нужно вообще снимать, просто задрал и она готова к делу.
Я спросил у той девушки, где тут в Нижнем можно найти соловецкий монастырь или лесистую местность, чтобы переночевать с минимальным риском быть замеченным и потерять здоровье. Она поугарала и позвала к себе на квартиру. Мы немножко прошлись по набережной, она написала адрес, номер автобуса, название остановки и свой сотовый: вот какая умничка оказалась.
