— Халмар… — перевёл я дух и начал врать: — Я видел крылатого вестника на синем фоне…
— Как обычно… — ответил жрец. — Врёшь…
Лечение моей тушки происходило в этом же трактире. Я сидел за столом с арабскими цифрами три и пять. Цифры на столе сохранились, а вот моего отморозка уже нет в живых. Ностальгия…
— Халмар. Скажи мне, почему я так… почему я с тобой общаюсь. Вас же все боятся… — потянуло меня на самокопание.
— Ответ, воля бога, как понимаю, тебя не устроит? — усмехнулся жрец. — Молчи! Ты не боишься наших богов, потому что с детства тебя не приручили их бояться!
— Наших?!
— Теперь уже наших. Потом поймёшь. Ты ещё придёшь к правильной вере!
— Почему так думаешь?
— Ты уже сломлен потерями. Ты сам идёшь к нам навстречу. Просто пока ты сам себе в этом не хочешь признаваться…
— Халмар… иди в…
— Именно так… — прервал меня жрец. — Первая реакция на очевидное, именно ругань…
— Ладно, забыли… Меня другое интересует… Что ваша братия забыла тут?
— В столице? В мире?
— В трактире. Вас боятся. У вас есть авторитет. Почему мы тут сидим, в трактире, а не в… как это по-вашему… место жизни жрецов… не храм, но место жизни простых жрецов…
— Я тебя понял. Можешь не объяснять, — сказал жрец и задумался над ответом, понятном мне с учётом моего слабого знания языка. — Это у нас называется «вирхе». Ваше название «Ан Мхаинистир»… У Рарнора не может быть «вирхе». Он царит везде. У его слуг не может быть дома и храма…
— Ваш бог запрещает?
— Наш бог! Ты можешь это отрицать… Но ты отмечен им… Не так… Ты отмечен его безымянной сестрой в твоём мире…
— За что мне такие почести?! — попытался усмехнуться я, но вышло, наверное, кисло. — Я не великий воин. Обычный человек…
— Не нам судить о воле богов. Пойми и смирись с этим…
— С чем? Смириться?! — сорвался я на крик. — Хоронить друзей?!
— С волей! Смирись. Все смертны! Кто-то раньше. Кто-то позже, — зашипел Халмар. — Хочешь узнать, как становятся жрецами нашего бога?! Мальчишка!
— Не хочу! — невольно вырвалось у меня на восклицание обычно спокойного жреца.
— А придётся. Смирись… Все через это проходят…
— Когда прекратится?! Сколько ещё умрёт?!
— Все умрут, — восстановил спокойствие жрец. — Это судьба смертных… Все умрут. Останешься один…
— А исключения бывают?
— Воля третьего неба над нами, — как-то по-особому сложил ладони жрец. — Всем своя роль…
Надо ли говорить, что после этого разговора со жрецом я был, мягко говоря, не в самом хорошем настроении. Косвенно жрец мне сказал, что все, кто мне дорог, будут умирать по случайности. Я, как магнит, притягиваю к себе неприятности. По крайней мере, я так его понял…
Понятно, почему жрецов этого бога сторонятся. Сам сбежал бы от их общества, но где мне ещё найти таких почти непредвзятых людей, разбирающихся в местной магии, политике и прочем…
Первым делом я начал заниматься банковскими счетами своего самозваного отца и налогами. Тяжёлые поездки. Мрачный город — город чиновников, слуг, среднего звена слуг. Две тюрьмы и несколько банков.
Всё, что я узнал за эти визиты, то, что налоги на меня падают, как и прежде. На мне висит почти триста золота налогов. Так-то это печально, учитывая мою наличность, чем платить — непонятно…
Банки не порадовали. В свободных для снятия денег около двадцати семи золотых, что я тут же моментально снял. Деньги были на моем старом счету, который ещё старый барон на меня завёл. Так-то этот счёт должен быть пустым, но реальность меня обрадовала.
Реальность огорчила меня в другом. Меня не признали наследником барона, и потому на мне запрет на снятие средств с других счетов. Непонятные суммы остаются на счетах, но они мне недоступны. Я не наследник, точнее не барон Мондегу, и потому не могу рассчитывать на эти счета, внутренние правила банков.
Качать свои права я не стал. Это тупо и нереально. Это жизнь. Прикарманят как пить дать эти деньги…
Честно, я хотел ругаться. Хотел что-то кому-то сломать. Но толку-то? Как к неутверждённому наследнику предъявлять налоги, так это в порядке вещей. Снять же деньги в банке, так от меня требуют официального признания от короля. Едрён-батон — замкнутый круг какой-то.
— Ваша милость, — отвлёк меня от моих гневных мыслей чей-то детский голос. Кто это признал меня бароном? Из подхалимства попрошаек или просто от незнания? — Ваша милость. Меня к вам послали…
— Говори!
— Не здесь. Тут людно. Могут заметить, — паренёк быстро шептал. Я его узнал. Это он ошивался рядом с банком. Прислуга, мальчик на побегушках.
— Быстро. Давай. Что ко мне. Свёрток, бумага…
— Ваша милость… Не здесь, тут людно. Сверните за угол, там через двадцать шагов серый дом. Я буду там. Я побежал… — прошептал мальчишка и убежал.
Он убежал, а я задумался. Засада это или нет? Впрочем, слишком резко это для местных. Я тут недолго, сложно собрать группу отморозков против меня конкретно, если со мной пятеро бойцов. Поеду. Любопытно. А если нарвусь, то нас семеро вместе с Гумусом, сумеем вырваться…
— Что хотел? — не стал тянуть я время.
