Имеется в виду Луиза (Августа Вильгельмина Амелия) (1776–1810), дочь Карла Людвига Фридриха герцога Мекленбург-Стрелитцкого и Фридерики Каролины Луизы Гессен-Дармштадтской, супруга Фридриха-Вильгельма наследного принца Прусского (1793), королева Пруссии (1797–1810). В 1805–1806 годы воинственный настрой королевы Луизы весьма способствовал развязыванию войны Пруссии против Франции. Наполеон встречался с королевой в 1807 году в Тильзите, куда она приехала в серьезном намерении попытаться смягчить условия франко-прусского мирного договора.
Хатцфельд, Франц Людвиг фон (1756–1827), курмайнцский тайный советник, генерал-лейтенант, на прусской службе с 1795 года. Когда в 1806 году прусские войска оставили Берлин, бургомистр и государственный министр граф Фридрих-Вильгельм фон Шуленбург-Кёнерт поручил Xатцфельду руководство городским управлением. За несколько часов до вступления в город французов 24 октября 1806 года он послал королю донесение о численности и направлении движения французской армии, которое было перехвачено и доставлено Наполеону. Xатцфельд был арестован 28 октября и заключен в тюрьму в ожидании военного суда. Его супруга Фридерика, урожденная графиня фон дер Шуленбург-Кёнерт, добилась аудиенции у Наполеона и пыталась убедить его в невиновности мужа. Наполеон уверил ее, что перехваченное донесение действительно служило веским доказательством вины Xатцфельда, но, разрешив ей тут же сжечь этот документ, приказал освободить арестованного.
Приходится согласиться с тем, что фортуна, играющая счастием людей, забавляется, по-своему устраивая дела мира сего.
Людовик XIV взял Франш-Конте зимой, но он никогда не дал бы сражения под Москвой в ноябре.
Имеется в виду одно из центральных событий войны между Францией и Испанией, когда французский король Людовик XIV, давно вынашивавший планы присоединить к Франции Франш-Конте, в феврале 1663 года послал в эту провинцию войска во главе с маршалами Луи II принцем де Бурбон-Конде и Франсуа Анри де Монморанси герцогом Люксембургским, которые и завоевали большую часть Франш-Конте, после чего сам король прибыл туда, дабы своим присутствием увенчать это присоединение.
Я все еще внушаю союзникам панический страх! Пусть же они не посягают на мое величие, ибо сие может им еще дорого стоить.
Я нашел в Потсдаме шпагу великого Фридриха и его орденскую ленту; трофеи сии значили для меня куда больше, нежели те сто миллионов, которые Пруссия выплатила мне.
24 октября 1806 года, когда в поражении Пруссии уже не было сомнений и война ушла на восток, Наполеон со свитой остановился близ прусской столицы в Потсдаме, в замке Сан-Суси. Император не скрывал своего волнения, он преклонялся перед гением великого короля. Наполеон посетил комнаты Фридриха Великого, подержал в руках его подзорную трубу, перелистал несколько книг с пометами короля и не удержался от соблазна завладеть шпагой, орденскими лентами и портупеей Фридриха. «Для меня эти трофеи, – воскликнул он, – дороже всех сокровищ короля Вильгельма (короля Фридриха-Вильгельма III. –
Подчиненные по-настоящему помогают тогда только, когда чувствуют, что вы непреклонны.
Мне известны забавные истории обо всех европейских дворах, которые весьма поразвлекли бы современников, но мне чужда всякая сатира.
Я перечитываю Макиавелли [33] всякий раз, когда позволяют мои болезни и занятия, и все более убеждаюсь, что он не что иное, как профан.
Мой план десанта в Англию был грандиозным: надобно было построить порты и корабли. В этом предприятии Брюи оказался достойным помощником; в тщедушном теле он носил пламенную душу.
В начале августа 1805 года были закончены основные приготовления к высадке на Британские острова. Первые памятные медали о десанте в Англию уже были отчеканены. Водевильная труппа получила повеление приготовиться к переезду через Ла-Манш, чтобы дать в Лондоне представления из французского репертуара. Двадцать миллионов патронов в лагере, построенном в окрестностях Булони на берегах Ла-Манша, ожидали своего часа, когда их должны были распределить среди солдат так называемой Английской армии Наполеона. Численность армии вторжения составляла более двухсот тысяч солдат. Наполеон ожидал лишь мгновения, когда его морские силы окажутся в состоянии противостоять английскому флоту и расчистить путь к местам предполагаемой высадки.
