Бетти и Мактавиш так привыкли двигаться, что уже не могли стоять спокойно. Бетти прыгала на одной ножке по всему огромному газону, а Мактавиш на одной лапке не умел, поэтому просто носился кругами вокруг хозяйки.
Мама и Олли вместе несли большую доску с папиным Версалем и уже подходили к столу.
Бетти бросала мяч, а Мактавиш ловил. Иногда пес прыгал особенно замысловато, просто чтобы покрасоваться. Иногда нарочно медлил с прыжком, чтобы все подумали: «Ну, этот мяч ему ни за что не взять». Но Мактавишу всегда, всегда удавалось поймать мяч.
Даже когда Бетти бросала мяч не особенно удачно, Мактавиш все равно ловил.
А на этот раз, всем на удивление, не поймал.
Бетти подкинула мяч высоко в воздух.
Мактавиш прикинул направление и, как на пружинах, взмыл вверх.
Никто потом не мог толком объяснить, что пошло не так.
Возможно, Мактавиш не учел излишек жирка на талии.
Возможно, Бетти плоховато прицелилась.
Возможно, мяч крутанулся в воздухе и на лету сменил направление.
Возможно, его сбил с курса порыв ветра.
Все зрители видели, что мяч летит прямо Мактавишу в зубы. И все страшно удивились, когда мяч пролетел мимо. Пес промахнулся, совсем чуть-чуть, но все-таки промахнулся. Мактавиш щелкнул зубами, но мяч ухватить не успел.
Мяч взлетал все выше и выше, потом, благодаря чудесной силе тяжести, начал падать. Ниже, ниже, ниже. Мяч не упал на землю, а ударился о край стола и срикошетил вбок.
Олли испугался — мяч со страшной скоростью летел прямо на него.
Не мешает напомнить — любой инстинктивно пригнется, если ему прямо в лицо со страшной скоростью летит мяч.
Вот Олли и пригнулся.
Он не выпустил доску из рук, но его край доски опустился почти на метр. А это значит, что одна сторона папиного шедевра тоже опустилась — на тот же метр.
Толпа вскрикнула в едином порыве — Версальский дворец, все еще завернутый в бумагу, заскользил по доске.
Остановить его Олли не сумел. Мяч звонко стукнул мальчика по макушке и отлетел в сторону.
Олли крикнул «ОЙ!», попробовал удержать дворец, но не успел.
Пряничный дворец рухнул на землю. С глухим стуком, а может быть, и с треском, Версаль нашел свой конец.
Папин шедевр, все еще укрытый оберточной бумагой, жалкой кучей лежал на земле.
— НЕ-Е-Е-Т! — закричал папа Перси.
— НЕТ! — хором закричали Бетти, Ава, Олли и мама.
И судьи, и соперники-конкурсанты бросились на место катастрофы.
Папа Перси рухнул на колени возле мешанины из обрывков бумаги и обломков пряников.
— Мой прекрасный дворец, — рыдал папа.
Мактавиша нигде не было видно.
— Мой замечательный дворец! — не унимался папа. — Какая трагедия! Мое сердце разбито!
Примечательно, что никто из судей не видел папин шедевр, пока он не разлетелся вдребезги. Теперь, когда останки дворца валялись кучей на земле, легко было поверить, что раньше он был неземной красоты. Судьи сами чуть не рыдали, так они огорчились. Они окружили папу Перси и его сломанный дворец. Они качали головами. Они пытались представить себе, какая колоссальная работа потребовалась, чтобы собрать Версальский дворец из пряников.
— Наверно, это было прекрасно, — прошептал один из судей.
— Настоящее произведение искусства, — добавил другой. — Я вне себя от горя.
— Мы никогда не видели ничего подобного, — чуть не плача произнес третий.
— Говорите, говорите, — проворчал Олли себе под нос.
Кто-то сунул папе совок и щетку.
Медленно, с большим достоинством папа принялся убирать остатки своих разбитых надежд.
В тот день папа Перси не выиграл пятисот фунтов.
Первое место досталось «Титанику», целиком сделанному из шоколада, в окружении спасательных шлюпок из марципана.
Второе — огромному киту из ржаной муки.
Третье место занял торт, так похожий на кактус, что до него страшно было дотронуться — еще уколешься.
Семья Перси осталась на церемонию награждения, ведь только законченные неудачники сбегают домой, если не получили приз. Они хлопали, когда объявляли очередного победителя, но настроение у всех было подавленное.
Папа выглядел как человек, чью мечту вдребезги разбил неудачно брошенный мяч.
Так оно и было.
Мама и дети выглядели как люди, пережившие тяжелую эмоциональную встряску.
Так оно и было.
Мактавиш выглядел как пес, сумевший спасти хозяев от чудовищного унижения, а этого никто так и не заметил.
Так оно и было.
Бетти, едва сдерживая слезы, смотрела на несчастного папу.
— Пойдем домой, папочка. Будут еще другие конкурсы.
Перси уже собрались уходить, но тут услышали папино имя.
— Просим мистера Перси выйти на сцену и присоединиться к победителям.
Папа протолкался сквозь толпу и занял место на сцене. Он смущенно озирался вокруг и не мог понять, что же будет дальше.
Мадам мэр пожала папе руку и вручила конверт.
— Мистер Перси, — сказала она, — учитывая, сколько выдумки и труда вы вложили в свой проект, не говоря уже о несчастном случае, уничтожившем прекрасный Версальский дворец, мукомольная компания «Счастье и слава» имеет честь вручить вам утешительный приз — бесплатный годовой запас муки.
