- Пожалуйста,- шепчет он.
Если я не остановлю его сейчас,
– Гейб…,- удается мне выговорить его имя, задыхаясь. – Мы не можем.
Он откатывается от меня, и я ясно слышу его стон:
– Прости.
Он задыхается и его голос звучит приглушенно.
– Дай мне минуту.
Возможно это даже не минута, но проходит будто бы час, когда я осмеливаюсь открыть рот.
– Ты расстроился?
- Нет, - он стонет вновь, на этот раз громче. – Просто гормонально это сложно, но это пройдет, - он затихает, а потом говорит: - Все нормально, если ты не хочешь.
- Я хочу, но…
Как это объяснить? Если я позволю ему, стремление будет ответным. Эта потребность не может быть удовлетворена.
- Это скажется на нашем катании. Желание, потребность.
Ложась на спину, Гейб смеется:
– Ты сейчас говоришь, как Игорь.
- Да, правда. И потом, Ромео сначала женился на Джульетте.
Гейб перекатывается ко мне лицом.
– Я уже женился на тебе, помнишь?
Я помню. Как-то летом, когда нам обоим было по шесть. Под дубом, с кружевной скатертью вместо фаты и букетом пушистых одуванчиков. И великолепным, античным кольцом для помолвки, из-за которого Гейбу сильно попало от мамы, когда она поймала нас играющих с ним.
Он щекочет меня.
– Когда это было, одиннадцать лет назад? Время для непревзойденных свадеб, - потом улыбка съезжает с его лица. – Прости, я не хотел шутить. Я не хочу делать то, к чему ты не готова. Но… ты доверяешь мне?
Каждый день я позволяю поднимать меня над головой и бросать в воздух. Это разные виды доверия, но…
- Да.
- Отлично.
Он притягивает меня к себе и крепко держит.
– Потому что я знаю, как сделать это хорошо, не проходя весь путь. И Мэд, я хочу показать тебе, что я чувствую.
Я цепляюсь за него, снова дрожу, но на этот раз не от холода. Я отталкиваюсь от него, кидаю свои трусики на пол, и лажусь обратно. Я доверяю Гейбу, но не доверяю себе.
На следующий день в школе, я поворачиваю в сторону Английского. Смотря через класс, я замечаю, что Мэд тоже здесь. Я усмехаюсь, глядя на нее. Из-за прошлой ночи, можно и заснуть в классе. На катке после школы, я даже не могу справиться с тросами для прыжков на разминке. Глядя на Мэд, я таю и превращаюсь в лужу сентиментальной херни.
Игорь топает в холле. Я убираю идиотскую улыбку с лица. Но как не странно, он не расстроен из-за нас и не набрасывается на меня. Даже не упоминает, о моем шатании на разминке. Он рычит:
- Где Кристофер?
- Я не знаю.
Это правда, я не видел Криса в раздевалке.
Игорь топает дальше. Мы с Мэд не можем ему ничем помочь, и лишь смеемся.
– Крис опять украл дверь, да?- говорит Мэд.
- Возможно.
Мы с Мэд надеваем коньки и выходим на лед. Я хочу работать над нашими переходами, просто потому, что это будет причиной, чтобы коснуться ее, но Мэд обрубает меня после первого прогона нашей программы.
– У нас сегодня есть второе занятие,- говорит она. – Давай поработаем над твоим Акселем.
Не вдохновляет. Мэд стабильно приземляется и приземляется после прыжков. Но я не делаю никакого прогресса. И сегодня? Забудем об этом. Я слишком отвлечен. Потом мы слышим, как Игорь орет, и оба отвлекаемся. Бедная Кейт тоже опоздала, и из-за отсутствия Криса принимает русский гнев на себя. К этому времени, Крис прокрадывается на лед, но голос у Игоря уже измученный.
Неудивительно. Кейт не говорит с Крисом все занятие. Даже не смотрит на него, пока ее не заставляет Игорь. Это занимает некоторое время, но план КГБ проваливается. Игорь сдается и делает им танцевальные схемы для каждого в разных углах катка.
- Что ты сделал на этот раз?- спрашиваю Криса в раздевалке после тренировки.
- Не твое дело.
Он даже не переодевается, просто берет сумку и тащится к «Доджу», хлопая дверью шкафчика так сильно, что она отлетает обратно.
***
В машине я спрашиваю Мэд:
– Ты знаешь, что случилось у Кейт и Криса?
- Помимо того, что они собирались взять золото на мировом чемпионате?- она вздыхает. – Я получила письмо о приеме на прошлой неделе. Уичито и Ривэвью.
- Я тоже. Какое это имеет отношение к чему-либо?
- Возможно… Кейт получила свои,- Мэд останавливается. – Она говорила мне, что ищет школы в Нью Йорке или Калифорнии.
После выпуска Крис не хочет никуда идти кроме Ривэвью. Я был бы в бешенстве, если Мэд уехала бы в Калифорнию и меня бы арестовали за погром в городе. Могли ли они реально расстаться на этот раз? Мне на секунду становится плохо от этой мысли, и я смотрю на Мэд, но она улыбается мне.
– Не переживай. Я поеду туда, куда и ты.
Я смеюсь.
– Да, потому что я веду.
- Серьезно, да?- говорит она. – Я думаю, мы должны пойти в Уичито. Достаточно близко для тренировок, достаточно далеко для личной жизни.
- Ахах, для личной жизни?