Мальчики с кладбища полностью

– Зато ты о ней не думаешь вообще! – парировала Паола. – Кем ты будешь работать после школы, если даже не умеешь целить?

– Кузнецом! Буду, как папа, ковать портахе, – ответила Марица так, словно это очевидно.

Паола закатила глаза.

– Ну да, как же.

– В смысле?!

– Не хочешь кусочек, Ядриэль? – с улыбкой спросила тиа София, протягивая на ложке-шумовке засахаренную тыкву, пока дочери сердито цапались у нее за спиной.

– Нет, gracias, – сказал Ядриэль, застенчиво улыбаясь. Боль в языке мучила его весь день и только сейчас начала проходить. Он не хотел разбередить ранку.

– Бери, пока дают! – тепло рассмеялась она. – Попробуй!

Ядриэль знал, что с мамами-латиноамериканками шутки плохи – особенно во всем, что касается еды. Он осторожно взял тыкву в рот, засунув ее за щеку, чтобы не задеть порез.

Тиа София выжидающе смотрела на него:

– Вкусно?

Ядриэль кивнул и улыбнулся, потому что иначе и быть не могло. Тыква была вкусной и нежной. В сиропе, слегка отдававшем апельсиновой цедрой, было ровно столько коричневого сахара, сколько нужно.

– Вот и славно! – Тиа София похлопала его по щеке и вернулась к готовке. – Наверное, ждешь не дождешься Дня мертвых? Хотя что же это я говорю, разумеется, ты ждешь! Вернется tu mamá!

Ядриэль попытался ответить ей столь же яркой улыбкой, но с ее энтузиазмом было трудно соперничать.

– Да, в этом году и впрямь будет здорово…

– Никаких драк возле портахе! – крикнул тио Айзек, на секунду отрываясь от работы. Он научился этому ремеслу у своего отца еще на Гаити. Тио Айзек почесал густую бороду, на темно-коричневой коже блестел пот. Он тяжело вздохнул, и его широкая грудь заволновалась.

– Когда-нибудь так поцапаются, что поубивают друг друга ножами, говорю тебе, – сказал тио Айзек Ядриэлю с заговорщицким раздражением. В доме, полном упрямых пуэрториканок, тио был в меньшинстве, но никогда на это не жаловался. Даже если все три женщины семейства Сантима решали затеять драку, тио Айзек просто вздыхал и качал головой. Он был добрым мужчиной с неиссякаемым терпением.

– Не исключено, – согласился Ядриэль, с опаской разглядывая аккуратно разложенные портахе. Он все время наблюдал за работой тио Айзека, с тоской глядя на портахе и мечтая о собственном.

Теперь ему больше не нужно было мечтать.

– Останешься пообедать, Ядз? – спросил тио Айзек. Лезвие, над которым он работал, зашипело, когда он уронил его в ведро с водой.

– Я готовлю та-ма-ле-е-е[72]! – пропела тиа София, жестом показывая на дымящуюся кастрюлю.

– Вообще-то, нам нужно…

– Я приготовила для тебя rajas con queso[73], Ица, – сказала София, поднимая крышку с большой кастрюли. Запах сладкой масы заполнил комнату. – Надеюсь, в этот раз веганский сыр растает, – добавила она, с сомнением тыкая в листья кукурузы.

Тамале были основным блюдом Дня мертвых и готовились в непристойно огромных количествах. В древние времена их обмакивали в кровь и использовали в качестве подношений Бахламу, богу-ягуару Шибальбы. К счастью для Марицы – да и для всех остальных, – кровавые жертвоприношения остались в прошлом.

– Прибереги для меня тамале, чтобы я разогрела в микроволновке, когда вернусь домой! – сказала ей Марица.

– Я для тебя их готовлю с пылу с жару, а ты собираешься их подогревать в микроволновке? – возмутилась тиа София, хватаясь за сердце. – Ты и так вчера пропустила папин дири ак джон джон[74]! А ведь он старался – приготовил его без креветок!

– У нас дела, мы не останемся на обед, – объяснила Марица.

Тиа София фыркнула и презрительно махнула на дочь рукой.

– Неужели? И что же это за дела такие? – спросила Паола.

По взгляду, которым обменялись сестры, Ядриэль понял, что ничем хорошим этот разговор не закончится.

– Гулять идем! Не суй нос не в свое дело. Мам, где мой дождевик?

– Esta allí[75], – сказала она, махнув рукой в сторону гостиной.

– А поконкретнее?

– Мне кажется, вам не стоит гулять одним после школы, – сказал тио Айзек, заполняя своей большой формой дверной проем и вытирая руки тряпкой.

– Твой papá прав, – согласилась тиа София. – Слишком опасно, особенно после того, как Мигель… – Не сумев закончить фразу, она перекрестилась.

Желудок Ядриэля скрутило.

– До сих пор ничего не нашли? – спросил он.

Тио Айзек мрачно покачал головой.

– Пока нет.

Ядриэль не понимал. Как такое возможно?

– Не говоря уже о том, что… – Тиа София уперлась кулаком в бедро и потрясла ложкой в адрес младшей дочери, – …ты до сих пор не примерила платье, которое я тебе купила для акеларре. И вообще, ты обещала, что перекрасишься перед Днем мертвых!

Ядриэль бросил на Марицу пристальный взгляд. Они должны были найти друзей Джулиана, получить ответы, которые удовлетворили бы упрямого духа, и решить все дела перед Днем мертвых.

Марица кивнула, прекрасно понимая его без слов.

– Как же вы меня достали! – заныла она. – Примерю платье позже. Что же до волос, то я ничего не обещала…

Тиа София открыла было рот, чтобы возразить, но Марица опередила ее:

– Я сказала, что подумаю об этом, и подумала, но решила не делать этого.