Однако многие спортивные корреспонденты не были уверены, что решение Албриксона было верным. Роял Броухэм в газете «Пост-Интеллиженсер» поддерживал второкурсников в своих статьях уже долгие месяцы, несмотря на последние неудачи команды. Джордж Варнелл из «Сиэтл таймс» пристально наблюдал за несколькими последними испытаниями и заметил кое-что, однако было непонятно, обратил ли на это внимание Албриксон. В гонках на три и пять километров второкурсники стартовали ужасно, очень неаккуратно цепляя воду, как будто были чем-то обеспокоены и взвинчены, и таким образом позволяя старшим парням вырваться вперед. Но к концу первых полутора километров они восстанавливались и начинали грести так же хорошо, как и вторая лодка. Более того, в гонке на пять километров старшие парни к началу последнего километра выглядели очень скверно. Кларенс Деркс, корреспондент «Пост-Интеллиженсер», месяцем ранее уже упоминал об этом. Второкурсники же, казалось, успокаивались с каждым толчком весла и ускорялись в конце пятого километра. Дистанция в Поукипси составляла шесть с половиной километров.
Дорога в Поукипси не была такой же радостной и беззаботной, как год назад. Пока они ехали, погода стояла жаркая, и поезд казался душным и неудобным. Эл Албриксон был на пределе. После тройной победы в Калифорнии он умудрился пообещать гражданам Сиэтла, что выиграет и регату в Поукипси в этом году, обойдя противников во всех трех гонках. В ответ обрадованные горожане вытащили из карманов драгоценные четвертаки и пятицентовики и собрали целых двенадцать тысяч долларов, чтобы послать команды на восток. Албриксон понимал, что ему придется выплатить долг, выполнив свое обещание.
Напряжение между второкурсниками и старшими парнями становилось почти осязаемым. Всю дорогу они старались не попадаться друг другу на глаза, насколько это вообще было возможно в узком и ограниченном пространстве поезда. День за днем тренеры и команды в маленьких хмурых группках играли в карты или читали дешевые журналы, болтали друг с другом, выбирая, с кем они пойдут в вагон-ресторан, а с кем не хотят пересекаться. Джо, Шорти Хант и Роджер Моррис в основном держались обособленно от всех, рядом с тренером. На этот раз никто не пел; Джо оставил гитару дома.
Через пять дней они прибыли в Поукипси. Когда ребята сошли с поезда в воскресенье утром, они с облегчением обнаружили, что стоят под прохладным, освежающим ливнем, и на улице нет и следа той изматывающей, давящей жары, которую они предвкушали. Под руководством взволнованного Джорджа Покока они осторожно выгрузили лодку из багажного вагона. Огромный строительный кран поднял тренерский катер с вагона-платформы и аккуратно поставил его прямо в реку Гудзон. Потом парни стали разгружать десятки бидонов из-под молока, которые они привезли с собой. В каждом было по сорок литров чистой пресной северо-западной воды. Они будут грести на воде реки Гудзон. Может быть, они даже будут принимать в ней душ. Но пить они ее больше не собирались.
Журналисты столпились вокруг Албриксона, когда тот вышел из поезда. Он еще официально не объявил назначение команд, но был предельно откровенен: «Меня глубоко разочаровала команда второкурсников». Эл продолжал: «Мы не можем понять, что с ними произошло… Они стали терять хватку еще задолго до гонки с Калифорнией… если они не вернутся в форму, то будут выступать как запасной состав». Восточные репортеры были поражены. Они не могли поверить, что Албриксон решит понизить в звании парней, которых они видели в прошлом году и которые так легко одержали решительную победу здесь, а потом и над командой Калифорнии всего пару месяцев назад.
На следующий день все экипажи «Хаски» произвели давний ритуал Поукипси, посетив эллинги всех своих противников, чтобы выразить свое уважение участникам гонки прежде, чем добраться до воды. На каждой станции Албриксон должен был объяснять, снова и снова, своим коллегам-тренерам, что да, действительно, он планировал поставить второкурсников в гонку запасных составов. Тренеры были так же поражены, как и репортеры. Почтенный Джим Тен Эйк из Сиракузского университета, которому теперь было уже восемьдесят три года, покачал седой головой и сказал, что не верит, что Албриксон на самом деле так сделает. По его мнению, это была хитрость и 18 июня второкурсники выйдут на основную университетскую гонку. После того как Албриксон и его команды уехали, Тен Эйк снова покачал головой и сказал:
– У Албриксона, должно быть, две великие лодки, если он так поступает.
Лодка второкурсников на самом деле теперь состояла не только из второкурсников. Албриксон посадил Уинка Уинслоу, рулевого из второй лодки, на место Джорджа Морри, чтобы использовать большой опыт Уинслоу в управлении лодкой на реках. В остальном это была та же команда, которая год назад так просто пришла здесь к победе.
