Вводный пример
ШКОЛА ПОЗАДИ, ИЛИ КОШМАР ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Кошмар начинается двадцать восьмого января. Двадцать восьмого начинают звонить одноклассники. Принимаются ездить по мозгам. Говорят – завтра первое февраля, завтра такой день, очнись…
Первого или второго февраля, в первую субботу этого месяца – вечер встречи выпускников. Встреча выпускников – это традиция. Собираются ученики, собираются учителя, поют песни под гитару, пьют чай. Вспоминают, роняют скупую мужскую или хрустальную девичью слезу на протертую рукавами парту, клянутся в вечной любви…
Евтеев киснет. Он пытается придумать отмазки, но отмазки не придумываются, одноклассники знают все его отмазки заранее. Не помогает ничего.
Вечером первого февраля к Евтееву заезжают приятели. Прятаться бесполезно – будут звонить в дверь, пока не закипят мозги. Евтеев ломается. Его хватают и тащат на вечер встречи.
За километр до школы у Евтеева начинает болеть живот. Евтеев пытается сказать об этом своим одноклассникам, но они выдают ему лекарство от диареи. После чего Евтеев смиряется.
Они подъезжают к школе. Евтеева под руки выволакивают из машины и тащат внутрь.
Гардероб. Раздевалка. В пятом классе неизвестный расфигачил новую шапку Евтеева на полосы бритвой. Мать плакала, потом порола Евтеева ремнем. В шестом было еще хуже. На труд нужны были защитные очки, отец достал ему такие – просто роскошные, настоящие, токарные. В первый же день в раздевалке классный придурок принялся прыгать на портфеле Евтеева и растоптал очки в пыль.
Справа от гардероба лестница. В том же пятом классе Евтеева толкнули на этой лестнице так, что он, грохнувшись, выбил два зуба.
Туалет. «М» и «Ж», хотя соответствующих табличек на дверях нет. Но по старой традиции «Ж» дальше по коридору, чем «М». В шестом классе в туалет Етеева забрасывали одноклассники. В «Ж», разумеется. В восьмом в туалете из него вытрясали деньги старшаки. В «М», разумеется.
И в девятом вытрясали.
Бассейн. Юдоль вечного позора. Сначала унизительная церемония сдачи анализов на яйца глист, после чего объявление результатов этих анализов перед строем. И всеобщее веселье. Однажды Евтеев попал в число несчастливчиков – и его дразнили целую неделю, особенно на биологии. В кабинете биологии был микроскоп, школьный весельчак Кульков приглашал всех подойти к этому микроскопу и ознакомиться с евтеевскими острицами. Желающих было достаточно. Не менее унизительные осмотры на предмет кожных заболеваний. И обнаружение этих самых заболеваний с позорным оглашением результатов опять же перед строем.
Сразу за бассейном спортзал. Юдоль вечного позора № 2…
Приятели тащат Евтеева дальше, вдоль всех школьных достопримечательностей.
Кабинет химии. В десятом классе Евтеев и Коркин прыгали до портрета Курчатова. Коркин был выше и до Курчатова допрыгивал легко, Евтеев же достать никак не мог. Но вот он поднапрягся, подпрыгнул и хлопнул ладошкой по роскошной курчатовской бороде. С победным воплем Евтеев приземлился. И тут же ему на голову обрушился великий ядерный физик. Портрет физика был заключен в уважительную стеклянную оправу, эта оправа рассекла затылок Евтеева, ему наложили тридцать швов.
Кабинет физики. Последние два школьных года Евтеев сидел под слайдером. И боялся, что этот слайдер на него тоже упадет. Но слайдер на него не упал, на него упала оконная рама, не выдержавшая напора ветра. Еще двадцать швов.
Кабинет директора. Здесь Евтеев был один раз, когда на него свалили попытку поджога с помощью дымовушки девчачьей раздевалки.
Актовый зал. Но до актового зала Евтеев не доходит, его хватают и под дружеское ржание приковывают наручником к батарее в кабинете музыки. Такова традиция. На выпускном именно Евтеева приковали к батарее, и именно он просидел на привязи пять часов, пока все остальные веселились и радовались жизни. Теперь каждый год его приковывают к батарее. Ненадолго, всего на пятнадцать минут. Но приковывают. Все в восторге.
Евтеев радостно смеется, хотя ему совершенно не до смеха. Его тошнит.
На следующее утро Евтеев просыпается счастливым – до следующего вечера встреч еще целый год.
Школа позади.
