Пример
Урок русского языка. В классном кабинете Василисы Валентиновны Лимбоцкой, той самой – великой и ужасной, страшнее которой нет и не было никого на земле. Она настоящий дракон в юбке…
Так вот урок. Кабинет похож на игрушку – уже пятнадцать лет Василиса Валентиновна не делала в нем ремонт – потому что что-то сломать в кабинете Василисы Валентиновны…
Лучше сломать себе шею. Сразу броситься под поезд. Человек, осмелившийся написать что-то на парте, может легко вылететь из школы – директор перед Василисой Валентиновной прыгает на задних лапках – у нее ведь такие связи в гороно! Один тип осмелился войти в класс Лимбоцкой без сменной обуви – и весь последующий год он мог входить в этот кабинет только босиком.
Парты у Василисы Валентиновны привинчены к полу. Чтобы не двигали!
Ну так вот. Урок русского. Тишина. Слышно, как течет по трубам вода, слышно, как в кабинете английского ребята повторяют хором алфавит. Василиса Валентиновна объясняет что-то про деепричастия.
И вдруг случается ужасное – я вижу, как моя ручка начинает медленно катиться по столу к обрыву. Все происходит как в замедленной съемке – я пытаюсь ручку поймать, но бесполезно. Она срывается и падает на пол.
Раздается грохот, от которого вздрагивает земля. Портреты классиков на стенах осуждающе раскачиваются. Василиса Валентиновна поднимает очки и мгновенно обнаруживает источник этого грохота.
«Это чье бревно упало?» – спрашивает она, хотя прекрасно знает чье. Класс замирает.
Как бандерлоги замирали перед страшным Каа.
«Чье бревно упало?» – повторяет Василиса Валентиновна.
Я обреченно поднимаю руку.
Она смотрит на меня так, будто я не просто-напросто уронил ручку, а осквернил храм, посвященный великой богине образования.
«Вон! – вопит Василиса Валентиновна. – Вон пошел!»
Я в полуобморочном состоянии выползаю из кабинета. Вечером у меня начинается грипп, и я пропускаю две недели занятий.
Через две недели я возвращаюсь в класс. Мне страшно. Чтобы инцидент с ручкой не повторился, я крепко привязываю ее к запястью прочным капроновым шнурком.
Забавно, но тем малым, что я знаю в русском языке, я обязан именно Василисе Валентиновне Лимбоцкой.
Так что бывает, что педагог-садист даже полезен. Он хоть что-то может вдолбить в пустые головы. В смысле знаний, конечно. Про ужас, который он внушает тебе и таким образом портит нервную систему и картину мира, мы сейчас не говорим.
