Время тянулось и тянулось, тащилось и ползло. В который раз я достала косметичку, посмотрела в зелёные глаза, настроила в них уверенность и взгляд новой жизни, новой Риты; снова причесала светлые волосы, чуть тронула мизинцем накрашенные ресницы, освежила любимую помаду, проверила, как там поживают синяки под глазами - замаскированы, отлично!
Загружаться ничем особым не хотелось, поэтому я взялась за ревизию важных бумажек.
Только убрала одну папку из стопки с края, как увидела тёмно-коричневый конверт. Ничего такого я не припомню у себя.
Моя рука крепко сжала романтическую находку. Внутри ощущалось что-то плотное, будто открытка или фотография. С самым приятным замиранием, я приоткрыла конверт, как сердце бешено заколотилось, стоило увидеть содержимое.
Ладони стали влажными, руки ослабели, как при тошноте, а в висках оглушительно застучало.
На фотографии - эффектная брюнетка лет 30. Густые чёрные волосы забраны в модный пучок, тёмные глаза искрятся, смеются, она смотрит в камеру с широкой улыбкой, которая подчёркивает безмерное счастье девушки. Белая майка обтягивает тело и подаёт во всём великолепии красивую большую грудь, маленькие гладкие плечи.
Тонкую талию красавицы обвивают крепкие мужские руки. Её нежную щёчку, наклонясь, целует не менее счастливый Вальтер.
Я снова и снова смотрела в её глаза, а потом невольно - на заманчивый для любого мужчины бюст.
На обороте фотографии красным маркером кричало послание: «Куда тебе до неё, колхозница!»
Хлопнула дверь, Партугас чем-то громко возмущалась, а я всё никак не могла взять себя в руки и оторваться от ужасного фото.
- Дора, - еле слышно сказала я, обхватив себя холодными влажными руками за горло. - Сюда кто-то заходил утром, до меня?
- Хм, - она задумалась, - да вроде нет, а что?
- Я отойду, хорошо? - я встала и запихнула фото подальше в сумку. - Если Матиас придёт сюда, передай, пожалуйста, что я никуда не еду.
- Без проблем! - Дора уже погрузилась в работу.
Никого!
Я плюхнулась в кресло и глубоко дышала, так, словно прибежала с марафона. Щёки горели, сердце всё также дёргалось, перед глазами смеялась брюнетка-незнакомка в руках Вальтера.
Руки сжали горячее лицо. Секунда, другая… Я разрыдалась, зажав рот ладонью, шумно вбирая воздух, пока нос не забился от плача.
В коридоре послышались шаги, поначалу я замерла, но вдруг мне стало наплевать, если кто-то бы зашёл сюда. Но нет, никто не появился на пороге, и я снова затряслась от слёз.
Я поднялась и крепко ухватилась за кромку напольного шкафа. Присев на корточки, отыскала в нём салфетки и приложила к глазам. Выпрямилась, и только вытерла лицо, как приступ истерики начался снова.
Кто-то всё-таки вошёл в закуток, и я резко отвернулась к стене.
- Рита? - послышался удивлённый голос Матиаса. - Я только что был у вас, Дора сказала мне какую-то ерунду, что ты не едешь. Или я просто неправильно понял?
Я беззвучно хватала ртом воздух, запрокинув голову и прижав вымокшую насквозь салфетку к носу.
- Всё правильно, - ответила я не своим голосом, - я никуда не еду. Мне там делать нечего. Уходи, пожалуйста.
- Рита, - он подошёл совсем близко и тронул за плечо, я чуть дёрнулась, но так и оставалась к нему спиной.
- Пожалуйста, посмотри на меня, - шёпотом попросил Фогель.
Понимая, что он никуда от меня не денется, я медленно повернулась к нему.
- Рита, - Матиас испуганно смотрел на меня. Его голубые глаза стали синими, изумлёнными и заботливыми. - Рита, маленькая моя, что случилось? - он осторожно обнял меня за спину и притянул к груди.
Никакого ответа Матиас не дождался, я горько расплакалась в его руках. Он ласково гладил меня по голове, плечам и больше ничего не говорил. Тишина и покой в ласковых объятиях неравнодушного мужчины начали приводить меня в порядок. Я подняла глаза на своего спасителя и прямо спросила:
- Матиас, я красивая?
