Разговор случился. Первым делом на экране ноутбука появилось хмурое лицо дамы в годах, которая беззвучно что-то шептала и подозрительно смотрела в камеру. Но как только изображение прояснилось, она увидела нас, тут же просияла, и посыпались приветствия. Я уже поняла, что это, должно быть, Лара — «молодая» жена господина Брандта-старшего.
Чуть позже к нам присоединился и сам отец Вальтера, краснолицый, отдуваясь, он сел на широкий диван и тут же получил от фрау Лары за то, что «больше думает о своём хвостатом кусачем Чарли, чем о “детях”! Опять носился по саду в самый полдень, Томас!». Пока они потешно бранились, я с улыбкой успела шепнуть на ухо Вальтеру: «Запоминай, что тебя ждёт в будущем, ага». Тот только засмеялся.
Снова мои страхи оказались надуманными. Брандт-старший оказался милейшим господином, который, к счастью, не так много расспрашивал меня о России — всё, что нужно, уже узнал от Вальтера — озабоченно пытал, где мы планируем жить первое время, нахально уколол сына, прямо спросив меня: «Неужели в огромной России не нашлось балбеса лучше, чем Вальтер?!» Неожиданный прямой вопрос смутил меня, но как только господин Брандт-старший после моей заминки рассмеялся, я расслабилась. Единственная минутка печали, если это можно так назвать, выдалась, когда Вальтер убеждал отца, почему мы должны жить в Берлине.
Ранее-ранее сентябрьское утро. Предрассветные сумерки, прохлада улицы и неловкое молчание. Отец с сигаретой в зубах снова осматривает машину Брандта и задумчиво кивает сам себе. Мама держит меня за руки, притягивает к груди и гладит по спине, что-то спрашивает который раз про документы. Вальтер, закатав рукава серой армейской полевой рубашки, проверяет чемоданы, закрывает багажник и, поджав губы, смотрит на меня. Он понимает, он готов ждать.
Впереди много-много часов в удобной чёрной «Ауди» с прекрасной музыкой и долгими разговорами с Вальтером.
Я ещё раз оглядываю родителей, в который раз зачем-то молчаливо киваю, машу и устраиваюсь в тёплом салоне, пристёгиваю ремень. Вижу, как Вальтер крепко жмёт руку отцу, они над чем-то смеются вдвоём, пока мама, обхватив себя за плечи, обеспокоенно смотрит вдаль.
Попрощались.
— Bist du bereit? — Вальтер садится в машину, вставляет ключ зажигания и весело спрашивает меня, готова ли я отправиться в путь.
— Los get’s!
