Она подняла на него лицо, исполненное искренней нежности и грусти перед расставанием; перед Дэном вдруг отчетливо встало все, что он с этой минуты терял, и он не удержался – обхватил «милую золотистую головку» руками и поцеловал со сдавленным «Прощай», а после поспешил в спальню – она казалась ему тюремной камерой, только не проглядывала больше в окне утешительная синева неба.
Внезапная ласка и стремительный уход Дэна изумили Бесс; ее девичье чутье уловило в поцелуе какое-то новое чувство, и она, покраснев, проводила друга с непривычной тревогой во взгляде. Миссис Джо, заметив это, поспешила ответить на вполне понятный вопрос племянницы еще до того, как та его задаст:
– Не держи обиды, Бесс. Он перенес большую беду, и теперь расставание со старыми друзьями ему дается тяжело – понимаешь, он ведь может и не вернуться из диких краев.
– Вы о падении и опасности смерти? – спросила наивная Бесс.
– Нет, дорогая, о кое-чем похуже. Но я могу тебе сказать лишь одно: испытание он прошел с честью, поэтому можешь им гордиться, как я.
– Он потерял близкого человека. Бедный Дэн! Надо быть к нему добрее.
Бесс больше расспрашивать не стала и, судя по всему, вполне удовлетворилась разгадкой этой тайны, которая была близка к истине, поэтому миссис Джо только кивнула в подтверждение: пусть девочка считает, будто серьезная перемена в Дэне вызвана утратой и скорбью и поэтому он столь неохотно вспоминает предыдущий год.
Зато Тед столь легко не сдавался: непривычная уклончивость Дэна доводила его до отчаяния. Мать велела ему не приставать к Дэну с расспросами, пока тот не поправится, но из-за возможного отъезда друга мальчик вознамерился получить от него полный отчет о приключениях, причем во всех подробностях – весьма увлекательных, если судить по словам Дэна в бреду. И вот в подходящий день, когда горизонт, так сказать, был чист, мастер Тед вызвался развлечь больного и начал с такого вопроса:
– Слушай, старина, если не хочешь читать, давай поговорим – расскажи мне все о Канзасе, фермах, обо всем остальном. Про Монтану я знаю, а вот до того? Неужто забыл? Давай начистоту, – начал он решительно, сразу вырвав Дэна из угрюмой задумчивости.
– Не забыл, но это никому не интересно. Никаких ферм я не видел, не захотел, – протянул Дэн осторожно.
– Почему?
– Были другие заботы.
– Какие?
– Щетки делал, например.
– Шутишь?
– Нет, правда.
– А зачем?
– Чтобы держаться от беды подальше – точнее, от всего подальше.
– Да уж, из всех твоих чудачеств это самое чудаковатое! – воскликнул Тед, разочарованный открытием. Но сдаваться все равно не собирался, поэтому попробовал еще раз:
– От какой беды, Дэн?
– Неважно. Разговор не для мальчишки.
– Но я хочу знать – мы же друзья, я за тебя волнуюсь. Всегда так было. Ну же, не томи! Я люблю разные передряги. Если хочешь, буду нем как рыба.
– Да ну? – Дэн задумчиво поглядел на мальчишечье лицо, представляя, как оно переменилось бы от правды.
– На кулачках поклянусь, если хочешь! Наверняка ты отменно повеселился, вот я и хочу послушать!
– Любопытный, как девица! Даже хуже – Джози и… и Бесс никогда ни словечка не спросят.
– Они не любят слушать о драках и всякое такое – им подавай о рудниках, героизме… Нет, я с ними согласен, очень тобой горжусь, но ведь по глазам вижу – что-то у тебя приключилось еще до этого. Не успокоюсь, пока не узнаю, кто такие Блэр и Мейсон, кого ударили, кто убежал и все остальное.
– Что?! – вскричал Дэн так, что Тед подскочил.
– Ты о них все время бормотал во сне; дядя Тедди призадумался, и я тоже. Но если не помнишь или не хочешь вспоминать – это ничего, переживу.
– А что еще я говорил? Надо же, какую чепуху человек мелет, когда не в себе!
– Больше ничего не слышал, но все равно интересно стало. Я просто так сказал – думал, поможет тебе вспомнить, – вежливо объяснил Тедди, ибо Дэн сурово нахмурился.
От этого ответа лицо его просветлело; мальчик ерзал на стуле от нетерпения, и Дэн решил развлечь его полуправдой и недомолвками – и друг угомонится, и сам он получит долгожданный покой.
– Дай-ка вспомнить… С Блэром я познакомился в поезде, а с Мейсоном, беднягой, в… ну, скажем, одной больнице. Блэр убежал к своим братьям, а об ударе и о Мейсоне я говорил, потому что он в той больнице умер. Доволен теперь?
– Ничуточки. Почему Блэр убежал? И кто ударил второго? Ведь наверняка же была драка, так?
– Так!
– Кажется, я понял, в чем там дело.
– Ни черта ты не понял! Ну давай, рассказывай. Хоть посмеюсь, – изобразил беспечность Дэн.
Обрадованный Тед тотчас выложил свои ребяческие догадки о загадочном происшествии, которое так дразнило его любопытство.
