– Переведи дух, дорогая, тогда и я порадуюсь. Очень мило с твоей стороны так постараться для меня. Как же мне тебя отблагодарить? – спросила дама, взглянув на Джози прекрасными глазами – они умели многое выразить без слов.
Джози хлопнула в мокрые ладоши, подняв брызги, что немного подпортило эффект, и ответила умоляющим тоном, который смягчил бы и куда менее доброе сердце, чем у мисс Кэмерон:
– Позвольте прийти к вам хоть разок – всего один разок! Я хочу узнать ваше мнение о моих актерских способностях, вы-то в этом понимаете! Я послушаюсь, как бы вы ни рассудили, но если… Если сочтете, что они у меня есть, то в один прекрасный день, после упорной учебы, я стану счастливейшей девушкой на земле! Можно?
– Да, приходи завтра в одиннадцать. Поговорим с тобой по душам, и ты мне покажешь, что умеешь, ну а я выскажу мнение. Только оно тебе не понравится.
– Понравится, даже если решите, что я бездарность! Я хочу определиться раз и навсегда, и мама тоже. Скажете «нет» – смело приму отказ, скажете «да» – не сдамся, покуда не докажу, чего достойна, – прямо как вы в свое время.
– Дитя мое, это тяжкий путь, а у роз есть острые шипы! Однако вижу, ты храбрая, а значит, и упорная. Может, у тебя и получится. Приходи, посмотрим.
С этими словами мисс Кэмерон тронула браслет и улыбнулась так ласково, что порывистая Джози едва не расцеловала ее, но благоразумно удержалась и все же поблагодарила женщину с глазами полными влаги – и отнюдь не морской.
– Мы мешаем мисс Кэмерон купаться, а ведь отлив подступает. Пойдем, Джози, – воззвала к кузине тактичная Бесс: она боялась докучить актрисе.
– Побегайте по пляжу, согрейтесь. Спасибо тебе большое, юная русалочка. Передай папе, пусть заходит вместе с дочкой, когда пожелает. До свидания! – царственным взмахом руки королева трагедии отпустила свою свиту, не сходя с поросшего водорослями трона, и следила взглядом, как две проворные фигурки летят по песку, только и мелькают пятки, – и исчезают из виду. А потом, умиротворенно покачиваясь на воде, сказала самой себе:
– Лицо у нее для сцены подходящее – живое, подвижное, глаза яркие; есть в ней дерзание, сила, крепкая воля. Может, и получится… И потом, из талантливой семьи. Посмотрим.
Разумеется, Джози всю ночь не сомкнула глаз и весь следующий день провела в лихорадке восторженного ожидания. Дядю Лори здорово позабавила эта история, а тетя Эми отыскала по случаю свое самое красивое белое платье, Бесс дала кузине шляпку для артистичного вида, а сама Джози прочесала весь лес и болото в поисках диких роз, душистой белой азалии, папоротника и прочей нежной зелени – хотела преподнести мисс Кэмерон букет в знак глубокой благодарности.
В десять она торжественно собралась и сидела, разглядывая аккуратные перчатки и туфельки, застегнутые на все пряжки, пока не пришло время идти; она посерьезнела и вся побледнела от мысли, что вот-вот решится ее судьба, ибо подобно всем молодым людям полагала, что один-единственный человек способен определить ее участь, но забывала при этом, как мудрая воля Провидения укрепляет дух разочарованиями, удивляет неожиданным успехом и обращает жестокие, казалось бы, испытания во благо.
– Я пойду одна, никого не стесняя. О Бесс, молись, чтобы она оценила меня! От этого все зависит! Не смейся, дядя! Для меня это важный день. Спросите мисс Кэмерон, она вам объяснит. Поцелуйте меня, тетя Эми, раз уж мамы здесь нет. Если скажете, что я выгляжу сносно, этого довольно. До свидания!
Джози махнула на прощание рукой, по мере сил подражая кумиру, и ушла – нарядная и настроенная на трагический лад.
Не сомневаясь, что ее примут, она смело позвонила в дверь, что служила преградой для столь многих, – и девушку проводили в затененную гостиную, где она в ожидании любовалась восхитительными портретами великих актеров. Она читала почти обо всех и знала об их испытаниях и успехах столь хорошо, что вскоре забылась и начала изображать миссис Сиддонс[45] в роли леди Макбет: сосредоточенно смотря на гравюру, она подняла букетик, точно свечу в сцене хождения во сне, нахмурила юные бровки и бормотала про себя слова измученной королевы. Джози так увлеклась, что мисс Кэмерон несколько минут украдкой наблюдала за ней, а потом напугала гостью – внезапно продолжила за нее реплику, придав лицу то знаменитое выражение, которое принесло ей славу.
– Так у меня никогда не получится, но я постараюсь – если скажете, что есть смысл! – воскликнула Джози, в порыве увлечения позабыв о манерах.
– Покажи, на что способна, – ответила актриса, мудро решив не тратить времени зря: светский разговор не устроил бы эту воодушевленную барышню.
– Позвольте для начала преподнести вам это. Мне показалось, полевые цветы вам нравятся больше оранжерейных, и я с радостью их дарю – не знаю иного способа отблагодарить вас за доброту. – Джози подала букетик с непритворной теплотой, тронувшей сердце актрисы.
